Кинопробы: путешествие в двадцать лет. Глава шестая, «ВГИКовский период»

В 2014-м году я снова поехал поступать во ВГИК. Очень хотелось «стать режиссёром». Как будто я им не был? Хочу сказать, забегая вперёд, что ни крутая камера, ни корочки или формальное обучение в киновузе, ни что-либо ещё, не сделают из вас режиссёра. Это не волшебная лампа, которую можно потереть и превратиться в кого захочешь. Ваши действия и поступки определяют вас в глазах окружающих. Вот, вы хороший человек? Склонны помогать людям? Никого не обижаете? Скорее всего, люди так и будут думать о вас. Если вы, например, работаете грузчиком, то ясное дело — вы грузчик. Если вы снимаете фильмы в качестве режиссёра, или оператора, вы — режиссёр или оператор. Если ведёте видеоблог на ю-тубе, вы видеоблогер. Кажется, всё просто. Однако, если никто не видит результата ваших действий, плода вашего труда, то как понять кто вы? Я долгое время думал о том, что обязательно нужно, чтобы окружающие знали, что я режиссёр. А как это сделать? Получить корочки об образовании и ходить, размахивая ими на каждом шагу? Это нелепо, но не далеко от истины. Поэтому я поехал во ВГИК, скорее всего — из-за неуверенности в себе. В первую очередь я хотел доказать своим родителям, что я кинорежиссёр, а не грузчик. Позже я пойму, что заблуждался.

На этот раз мне удалось поступить. Я кое-как влез на 10-е место из 10 бюджетных.

Первое время я был невероятно счастлив, но это состояние не могло продолжаться долго, поскольку основой его были ошибочные суждения. Я не пропускал занятий, делал все задания. Если нужно было, то переделывал. Хотел и в глазах мастеров выглядеть достойно. Во мне неожиданно проснулся «синдром отличника». Появилась возможность посещать съёмочные площадки «большого кино», чем я с удовольствием пользовался. Там я увидел, что съёмочный процесс не многим отличается от того, как снимаю я. Единственное, у крупных актёров на площадках есть гримвагены — это такие фургоны, где актёр переодевается, а потом его гримируют. И, конечно, много различной техники, связанной со светом или светоотражением, которой у меня нет. И нет возможности возить, а потом устанавливать всё на площадке — это занимает очень много времени.

В коробке

Время шло и я стал замечать, что не развиваюсь. Вроде бы, я делаю все упражнения, но результата не вижу. После первого курса я решил снять короткометражный фильм «В коробке» (есть на ю-туб), хотя по учебному плану после первого курса ничего снимать не надо.

По сюжету, главный герой возвращается из армии и обнаруживает, что никому не нужен, даже собственной матери.

Мне было интересно, изменилось ли что-то во мне? К моему сожалению, каких-то заметных перемен я не увидел. Это был характерный для меня фильм. Драматургия хромала на обе ноги. Одни кадры были хорошего качества, другие не очень, а третьи вообще «залипуха». Тем не менее, мне удалось уловить особенную летнюю атмосферу, особенно в самом начале, которая у меня ассоциируется с запахом гудрона, железной дорогой и стоящими грузовыми составами поездов.

Тогда я понял, что между мной и мастерами есть явное недопонимание. Один из мастеров как-то назвал меня «наш дикорос». И был в чём-то прав. Были одногруппники, которые легко с ними общались, легко нашли общий язык. Я же замкнулся в себе. Не знаю, почему.

Весна*

На второй курс я пришёл в достаточно подавленном состоянии. Я по прежнему делал, что должно и не пропускал занятия. Зимой нужно было снимать бездиалоговый фильм. Уже по программе. Я приносил какие-то варианты сценариев, но всё что-то не нравилось.

В конце концов мне в голову пришла очень простая история про девушку с низкой социальной ответственностью, которая волею случая решила сменить профессию.

Мне удалось позвать в фильм очень талантливую девушку из родного города, которая согласилась сниматься. Получился, на мой взгляд, достаточно неплохой бездиалоговый фильм «Весна*» (есть на ю-туб), который я привёз показать мастерам после каникул.

Реакция мастеров была неоднозначной. С одной стороны, они сказали, что фильм на четвёрку. С другой, они это сделали с такой интонацией, словно это очень плохо. Я не понял, они ждали от меня шедевр или что? Намекнули, что было бы неплохо снять вообще другой фильм, но теперь под их чутким руководством. Я пошёл на ВГИКовскую киностудию, чтобы узнать, можно ли там куда-то вписаться по графику. Между делом, на киностудии мне тоже намекнули, мол, страдаю ерундой, снимая у себя дома, нужно перебираться в столицу. Мне было странно всё это слышать. Внутри что-то сломалось. В чём проблема, если я хочу снимать свой родной город и окрестности? Видно, в этом и была проблема. Тем не менее, я записался на киностудию и вернулся рассказать об этом мастеру. Он как-то странно развёл руками, мол, «делай что хочешь», ничего толком не сказал и как-то отвёл глаза. Несколько дней я провёл в общежитии, общаясь с товарищами и принял решение уйти из ВГИКа.

Домой я вернулся в состоянии сильной подавленности. Не могу вспомнить, чем занимался с 2016-го по 2018-ый, пока снова не взял в руки камеру. С другой стороны, теперь я рад, что вернулся раньше срока, потому что смог больше времени провести с родителями, которых не стало спустя пять лет после моего возвращения из Москвы.

В следующей главе я расскажу, как пытался начать всё с нуля, пробовал снимать документальные фильмы и очень много писал.

Продолжение следует.

* — «Молодежное демократическое движение «Весна» — признано иностранным агентом