Можем ли мы расшифровать язык наших двоюродных братьев-приматов?

Человеческий язык — это сложная и уникальная система звуковых знаков, которая позволяет нам передавать и получать разнообразную информацию. Однако мы не единственные животные, которые используют звуки для общения. Наши ближайшие эволюционные родственники — приматы — также имеют развитую вокальную коммуникацию, которая отражает их социальные взаимоотношения и эмоциональные реакции.

Как наш мозг обрабатывает эти звуки? Мы можем определить, кто их производит, и какое значение они несут? Какие факторы определяют нашу способность воспринимать их? Эти вопросы были исследованы командой ученых из Университета Женевы (UNIGE) в статье, опубликованной в журнале Cerebral Cortex Communications.

Методика исследования

Для изучения вокальной коммуникации приматов ученые провели эксперимент с участием 25 добровольцев, которые были подвергнуты сканированию магнитно-резонансной томографии (МРТ). Во время сканирования участникам в наушниках демонстрировали различные вокализации человека и трех видов человекообразных обезьян: шимпанзе, макаки и бонобо. Вокализации были либо положительными (аффилиативными), связанными с дружбой и сотрудничеством, либо отрицательными (агонистическими), связанными с конфликтом и стрессом. Задача участников заключалась в том, чтобы определить, к какому виду принадлежит каждая вокализация.

Вокализации человека были взяты из баз данных, записанных актерами. Вокализации обезьян были взяты из полевых записей, сделанных в рамках предыдущих исследований. Это исследование является первым в своем роде, которое включает вокализации бонобо — одного из самых близких к человеку видов приматов.

Результаты и выводы

Результаты эксперимента показали, что участники успешно различали вокализации человека, шимпанзе и макаки, но испытывали трудности с вокализациями бонобо. При этом активность мозга участников во фронтальных и орбитофронтальных областях, ответственных за интеграцию сенсорной и контекстуальной информации, была схожа при восприятии вокализаций человека, шимпанзе и макаки, но значительно ниже при восприятии вокализаций бонобо.

Эти данные свидетельствуют о том, что наша способность распознавать вокализации приматов зависит не только от нашего эволюционного родства с ними, но и от акустической близости. Чем дальше звуки, которые издают приматы, от наших собственных звуков по частоте и динамике, тем сложнее нам их идентифицировать. Так, звуки бонобо очень высокие и могут напоминать пение птиц. Это акустическое расстояние мешает нам декодировать их, несмотря на то, что бонобо — один из наших ближайших родственников по генетике.

Это исследование демонстрирует, как человеческий мозг адаптировался к обработке вокальных эмиссий некоторых наших близких родственников. Однако остается открытым вопрос, насколько мы способны понимать эмоциональный контент этих вокализаций. Мы можем определить, когда обезьяна рада или грустна, дружелюбна или агрессивна? И если да, то каким образом? Эти вопросы будут в центре следующего исследования команды UNIGE, которое будет направлено на анализ не только нашей способности категоризировать вокализации по видам, но и идентифицировать их эмоциональное содержание.