Философия игры Й. Хёйзинга. Кто такие шпильбрехеры и как они всё портят

Термин шпильбрехер ввёл в оборот нидерландский философ Йохан Хёйзинга, который жил в период с 1872 по 1945. Этот термин он использовал в своём трактате «Homo Ludens» или Человек играющий. Для Хёйзинга культура в основе своей происходит от игры, а каждый человек, так или иначе игрок. Игра им понимается в более глубоком смысле, нежели современниками. Даже сегодня, когда многие игры имеют коммерческую основу, есть люди, относящиеся к игре как к чему-то несерьёзному. Для Хёйзинга игра более чем серьёзна, и появилась она гораздо раньше, чем сам человек. Не человек придумал игру, игра лишь позволяет в себя играть.

Согласно Хёйзинга, игра повсюду. Шпильбрехерами он называет тех, кто разрушает игру (с нем. Spielbrecher буквально — разрушитель игры). Их он отличает от шулеров и плутов. Последние лишь притворяются игроками, поэтому могут нарушать правила. Хотя они и не играют по правилам игры, они всё же играют. Чтобы понять, как шпильбрехеры портят игру, нужно понять, что же такое игра с точки зрения Й. Хёйзинга. Он выделяет несколько признаков, рассмотрев которые, мы поймём, что игра действительно окружает нас повсюду.

Первый существенный признак, который выделяет Хёйзинга — это свобода игры. В игру играют в свободное время и самое главное, что играют в неё без принуждения. Человек сам решает, когда ему играть. Игра по принуждению уже не игра. Человек играющий по принуждению еще не шпильбрехер, но правила игры для него не такие важные и относится он к ним несерьёзно.

Второй признак, который связан со свободой — это отличие игры от обыденной или настоящей жизни. В игре мы можем быть другими и поступать иначе, чем в обыденной жизни. Наиболее яркий пример это ролевые игры. Примеряем ли мы на себя роль из доступных или используем свои качества, но в других обстоятельствах, не важно.

Следующий признак игры в её изолированности. Она ограничена конкретным местом, у неё есть свои границы. Границы эти могут быть совершенно разными — от футбольного поля и шахматной доски до компьютера или другого гаджета, если сравнивать с чем-то современным. Однако игра имеет не только пространственные границы, но временные, или, говоря по-научному, темпоральные (tempus — время). Игра может быть сыграна когда угодно, её можно отложить. И самое главное — игра конечна.

Будучи сыгранной, игра может быть воспроизведена в любое время. В качестве примера можно вспомнить маскарад или спектакль, где актёры играют свои роли. Они также отделены временем и пространством, а зрители понимают, что показанное представление есть игра. При этом игра позволяет обыграть какую-либо ситуацию в качестве мысленного эксперимента. Те же писатели не раз обыгрывают ситуации со своими персонажами, чтобы получить нужный результат. Но одними актёрами и писателями представление не ограничивается. Каждый раз, когда мы задаёмся вопросом «а что если?», мы вступаем на игровое поле и становимся игроками. А участвуя в спортивных состязаниях, ведём борьбу за первенство или приз.

Итак, с точки зрения Хёйзинга, игра есть борьба за что-то или представление чего-нибудь. Приведём несколько примеров для наглядности, которые многим известны. Киберспорт, например, включает как борьбу, так и представление. Различные праздники, которые повторяются каждый год. Особенно яркими примерами являются праздники урожая и Нового года. Сжигание чучела на масленицу, представляющие Зиму, также является игрой. Сатурналии Древнего Рима, являясь праздником урожая, примечателен ещё и тем, что рабы менялись ролями с хозяевами. Подобная практика смены ролей встречается и сегодня в различных группах и организациях.

Другой пример — закрытые вечеринки и другие тайные мероприятия. Играющие находятся в границах игры: в клубе, комнате, на поляне, в лесу. Само мероприятие имеет временные границы. И даже если кто-то нарушит правила мероприятия, например, будет одет с нарушением дресс-кода (отсутствие маски или костюма), то участники могут простить плуту это нарушение или не допустить его к игре. Однако сама игра от этого не пострадает. А вот если нарушить границу игры, то игра будет разрушена, поскольку именно граница отделяет игру и обыденную жизнь. Появление на футбольном поле болельщиков, публикация фото с закрытых вечеринок, перенос правил игры на повседневную жизнь — всё это нарушает границы и разрушает игру. А те, кто это делают — шпильбрехеры.

Поскольку игра основа культуры (Хёйзинга), то она окружает нас повсюду. А значит и разрушители игры будут всегда. Кто-то в баре будет рассказывать о вреде алкоголя, кто-то в районе красных фонарей будет агитировать за спасение души, а кто-то будет говорить, что игры воспитывают аморальных личностей и побуждают людей к нарушению закона. Но мы то с вами знаем, что играющие осознают, где границы игры, а где мир реальный. Этого не осознают лишь шпильбрехеры. Однако в их деятельности есть и позитивная составляющая. Шпильбрехеров зачастую не устраивают правила игры и, разрушая одну игру, они лишь перетягивают игроков в другую.