За что проигрыватель Braun SK 4 1956 года прозвали «Гробом Белоснежки»

Если бы в 1956 году вы принесли домой новенькую радиолу Braun SK 4, ваши родные решили бы, что вы притащили из больницы стерилизатор для медицинских инструментов. В эпоху, когда домашняя акустика весила под полцентнера и напоминала полированный дубовый шифоньер, эта гладкая белая коробка с пластиковым колпаком выглядела вызовом здравому смыслу. Конкуренты хохотали и прозвали прибор «Гробом Белоснежки», предрекая компании мгновенное разорение. Однако завистники не знали, что прозрачная крышка появилась вовсе не от хорошей жизни, а из-за дурацкой ошибки на испытаниях, которая едва не похоронила весь проект.

Как Braun отказалась от тяжелой деревянной мебели

В пятидесятых годах радиоприемники и проигрыватели пластинок тщательно маскировали под мебельные гарнитуры: резные дверцы, массивные панели, полировка, тяжелые ткани на динамиках. Считалось, что техника — это нечто неэстетичное, провода и радиолампы надо прятать от глаз гостей, как немытую посуду.

Братья Эрвин и Артур Браун, получившие в наследство семейный завод, решили, что этот мещанский уют всех уже утомил. Они пригласили из Ульмской школы дизайна Ханса Гугелота и совсем еще молодого архитектора Дитера Рамса, перед которыми поставили простую задачу: сделать аппарат для музыки, а не сундук для хранения моли.

Разработчики отказались от темного дерева и выгнули корпус из обычного листового металла, выкрасив его в матовый белый цвет. По бокам добавили два скромных бруска из светлого вяза, а все регуляторы и сам виниловый диск вынесли на верхнюю панель. Всё выглядело безупречно до первого же полноценного прослушивания на заводском стенде, когда громкость крутанули чуть выше средней.

Почему металлическую крышку пришлось заменить акрилом

Как только ламповый усилитель выдал нормальную мощность, новенький комбайн загремел. Причиной катастрофы оказалась верхняя крышка: по начальному чертежу Гугелота она должна была быть такой же металлической, как и весь корпус. На высокой громкости тонкий лист железа начинал вибрировать и брякать о боковины, будто металлический поднос в трамвае на брусчатке.

Вернуться к традиционной деревянной крышке означало с позором расписаться в беспомощности и снова собрать привычный бабушкин комод.

Тогда Дитер Рамс предложил отчаянный эксперимент — заказать крышку из оргстекла, которое только-только набирало популярность в промышленности. Акриловый плексиглас не давал акустического резонанса, весил копейки и легко гасил лишние вибрации. А главное — прозрачный колпак позволил видеть, как тонарм опускается на винил и диск начинает свое вращение.

Инженерный тупик был преодолен, но на рынке новенький комбайн встретили не аплодисментами, а ядовитым хохотом.

От насмешек конкурентов к мировому стандарту

Критики из других электротехнических компаний соревновались в сарказме, шутя, что виниловая пластинка под прозрачным колпаком лежит, точно Белоснежка в хрустальном гробу. В газетах модель Braun SK 4 иначе как «Schneewittchensarg» («Гроб Белоснежки») уже не называли. Завистники были уверены, что ни один хозяин дома не поставит такое чудище на видное место.

И жестко просчитались. Прогрессивная публика как раз устала от интерьеров, заставленных тяжелой дедушкиной мебелью. Лаконичный белый прибор с прозрачной крышкой моментально стал символом нового образа жизни. Ядовитое прозвище «Гроб Белоснежки» быстро подхватила пресса и покупатели, превратив обидную кличку в самый желанный культовый статус.

За последующие годы концепция прозрачной акриловой крышки была заимствована ведущими мировыми производителями аудиоэлектроники. Прозрачный колпак стал обязательным атрибутом любого проигрывателя винила на планете.

Спустя четыре десятилетия именно лаконичной эстетикой Braun и принципами Дитера Рамса будут вдохновляться Стив Джобс и Джонатан Айв, когда станут проектировать культовые компьютеры iMac и плееры iPod. И сегодня этот легендарный «гроб» стоит не на свалке истории, а на отдельном постаменте в Нью-Йоркском музее современного искусства.