60 часов без сна: как в 1925 году учёные пытались доказать, что сон — это просто вредная привычка

Мы и сейчас живем во время, когда эффективность и продуктивность является особым культом. А в эпоху бурного промышленного роста, каждая минута вообще ценилась на вес золота, а простой считался грехом. Именно в той атмосфере родилась радикальная идея: что, если сон — это не биологическая необходимость, а просто вредная привычка, атавизм, от которого можно избавиться?

Сегодня такое утверждение звучит абсурдно. Но сто лет назад оно было воспринято настолько серьёзно, чтобы стать основой для научного эксперимента. В 1925 году профессор психологии Университета Джорджа Вашингтона Фредерик Август Мосс решил доказать, что человечество тратит треть жизни впустую. Его исследование стало ярким отражением своего времени и, неожиданно для всех, запустило дискуссию, которая не утихает и сегодня.

Что, если сон — это просто вредная привычка?

В конце августа 1925 года Мосс собрал семерых студентов-добровольцев. Их задача была простой: бодрствовать 60 часов подряд. Чтобы проверить, как бессонница влияет на когнитивные и моторные функции, участников заставляли водить автомобиль, играть в бейсбол и петь песни. За их состоянием — рефлексами, пульсом и скоростью реакции — постоянно следили.

Результат, на первый взгляд, подтвердил гипотезу Мосса. В журнале Popular Science вышла статья с его предварительным выводом: избыток сна, подобно интоксикации, может подавлять активность ума и тела.

А где здесь наука?

Дух времени: почему идея отказа от сна стала популярной

Эксперимент Мосса не возник в вакууме. Он был прямым порождением культурного кода 1920-х годов. Это было время Томаса Эдисона, который с гордостью заявлял, что ему хватает четырёх часов сна. Амбициозные лидеры индустриальной эпохи видели в сне досадную помеху на пути к прогрессу. Идея оптимизировать человека, избавив его от этой бесполезной потребности, витала в воздухе.

Мосс просто попытался облечь эту идею в научную форму. Он не был в этом одинок; он просто озвучивал запрос общества на сверхпродуктивность. Впрочем, даже тогда не все разделяли этот энтузиазм. Автор той самой статьи в Popular Science, Ньютон Бёрк, отнёсся к выводам скептически. Он отметил, что научный консенсус уже тогда склонялся к тому, что сокращение сна без вреда для здоровья невозможно.

Это важное уточнение. Оно показывает, что уже тогда существовал конфликт между культурным запросом на производительность и научными данными о потребностях организма.

Столетие спустя: что мы знаем на самом деле

За прошедший век наука шагнула далеко вперёд. С помощью оптогенетики и передовых методов визуализации мозга мы смогли увидеть, что происходит, когда мы спим. И это открытие полностью опровергает идею Мосса.

Сон — это период интенсивной и жизненно необходимой работы.

• Мозг занимается самоочисткой. Во время сна из него активно выводятся токсины, в том числе бета-амилоид — белок, накопление которого напрямую связано с болезнью Альцгеймера.
• Информация упорядочивается. Мозг обрабатывает полученные за день данные, перенося важные воспоминания из кратковременной памяти в долговременную.
• Организм восстанавливается. Иммунная система перезаряжается, а гормоны регулируют обмен веществ и клеточный рост.

Лишить себя сна — значит сорвать все эти процессы. Последствия известны: снижение концентрации, ухудшение памяти, ослабление иммунитета и повышение риска хронических заболеваний. Вывод однозначен: сон — не пустая трата времени, а фундаментальная инвестиция в здоровье, а значит и в продолжительность жизни.

Возвращение к вопросу Мосса: может ли сна быть слишком много?

Казалось бы, история расставила всё по своим местам. Идея Мосса была ошибкой. Но здесь начинается самое интересное. Современные эпидемиологические исследования с участием миллионов людей выявили так называемую U-образную зависимость между продолжительностью сна и здоровьем.

В общем, и слишком короткий, и слишком долгий сон коррелируют с повышенным риском заболеваний и преждевременного завершения жизни. Оптимальный диапазон для взрослого человека — от семи до девяти часов. Выход за эти рамки, в любую сторону, связан с негативными последствиями.

Получается, Мосс был прав, утверждая, что избыток сна может быть вреден? Нет, и это принципиально важный момент. Он ошибся в главном — в понимании причинно-следственной связи.

Избыточный сон — это не причина плохого здоровья, а, как правило, его симптом. Люди, страдающие от хронических болезней, депрессии, апноэ или других скрытых недугов, часто испытывают постоянную усталость и спят дольше. Их долгий сон — это сигнал, красный флаг, указывающий на наличие проблемы, а не сама проблема.

Более того, сегодня мы знаем, что не менее важна и регулярность. Стабильный график сна — постоянное время отхода ко сну и пробуждения — является одним из ключевых факторов здоровья. Бессонный 60-часовой марафон, который прошли студенты в 1925 году, с точки зрения современной науки — экстремальное издевательство над организмом.

Эксперимент Фредерика Мосса, рождённый из ошибочной гипотезы, в конечном итоге оказал науке услугу. Он наглядно продемонстрировал ложность одной идеи и подтолкнул к поиску ответов в правильном направлении.