Что теперь с заводом «ИЖ» — тем самым, где делали «Комби» и «каблук»

Иногда мне кажется, что про Ижевский автозавод все давно всё решили: был себе «ИЖ», выпускал «Комби», «каблуки», дожил до «Оды» и растворился. Но когда я начала копаться в датах, архивных заметках и репликах рабочих, история вдруг ожила. Стала не музейной, а настоящей: с ошибками, перерывами, чужими решениями и упрямыми попытками выжить.

От «Москвича» к собственному имени

Всё началось в декабре 1966 года, когда в Ижевске собрали первый «Москвич-408». Нет, это ещё не была независимая марка, просто автопроизводство внутри оборонного «Ижмаша». Но уже тогда машины отличались деталями, качеством подгонки, да и люди гордились, что делают свою технику, пусть и с московским паспортом.

А уже через несколько лет появилась первая по-настоящему «ижевская» машина ИЖ-2125 «Комби». В серию он пошёл в 1973 году и стал первым массовым лифтбэком в СССР. Смешно, но тогда никто этого слова толком не знал, говорили просто: «универсал с покатой крышкой багажника». Машина получилась странной, практичной и родной. Её делали до 1997 года, почти четверть века.

А параллельно в 1972-1973 годах завод запустил ИЖ-2715. Фургон, который позже все будут звать «каблуком». Он пережил и поздний СССР, и перестройку, и лихие 90-е выпускался до 2001 года. Цифры по тиражу расходятся: одни пишут, около миллиона, другие, больше двух. Я бы сказала так: это была машина, которую встречали у каждого почтамта, у сельских магазинов и электриков. И этого достаточно.

Время «Оды», корейцев и банкротства

Дальше всё пошло сложнее. Ижевск устал жить в тени «Москвича» и попытался создать своё. Так появилась ИЖ-2126 «Ода». Проект придумали ещё в конце 70-х, а серийно она выпускалась с 1990 по 2005 год. Задний привод, простая конструкция, никакой красоты, зато её реально можно было починить во дворе. Всего сделали около 230 тысяч машин по семейству, из них примерно 141 тысяча, чистых «Од».

Но девяностые были безжалостны. Денег нет, рынок рушится, и завод решает: нужно сотрудничать. В 2005 году запускается сборка Kia Spectra, чуть позже: Rio и Sorento. Ижевск впервые работает по лицензии иностранной компании: своя сварка кузова, окраска, логистика. Возможно, именно это спасло бы предприятие, если бы не кризис 2009 года. 1 мая 2009-го завод остановили, началось банкротство, внешний управляющий, долги.

Вытащил завод не инвестор из рекламы, а АвтоВАЗ. В 2011 году площадку официально выкупили, начали восстанавливать. А в 2017-м она получила новое имя — «ЛАДА Ижевск». Казённо звучит, но это означало одно: завод жив, пусть и без старого шильдика.

Второе дыхание: Vesta, надежды и новый удар

Самый светлый момент в современной истории случился 25 сентября 2015 года. В Ижевске запустили производство LADA Vesta. Не отверточная сборка — полноценная сварка, покраска и сборочная линия. В тот момент я впервые почувствовала, что завод снова вернулся в игру. Позже здесь начали делать универсал SW и приподнятую Cross-версию. Ижевск стал домом Vesta, даже важнее, чем Тольятти.

Но радуга продлилась недолго. В феврале 2022 года завод запустил обновлённую Vesta NG, а уже через пару месяцев поставки комплектующих рухнули. В августе 2022-го АвтоВАЗ принял тяжёлое решение, перенести выпуск Vesta в Тольятти. Инвестиции около 1 млрд рублей. Для города и работников это был удар. В марте 2023-го Vesta уже шла не здесь. Ижевск снова остался без «главной модели».

Но завод не умер и не застыл. Он просто перестал гнаться за престижем и вернулся к тому, чему всегда был верен, полезным, рабочим машинам. 15 мая 2024 года в Ижевске возобновили выпуск LADA Largus. Универсалы, фургоны, чуть позже, семиместные и Cross-версии. Не модно, но нужно. И спрос есть. Параллельно инженеры делают e-Largus. Электрическую версию. Первую пилотную партию собрали в декабре 2023 года. Да, всё пока осторожно: нет массового производства, нет громких цифр. Но сама идея, что завод не только воспроизводит старое, но и пробует новое, меня греет. А в мае 2025 года случилась маленькая победа: 50-тысячный Largus после перезапуска. Синяя машина, комплектация Comfort. Можно отмахнуться, цифра и цифра. А можно подумать о людях, которые это сделали.

Итого

Что стало с «ИЖем»? Если коротко — марка исчезла, завод остался. Он больше не делает машины под своим именем, но делает машины, которые ездят. Здесь уже не кричат о легендах, не мечтают о премиуме. Вместо этого здесь варят кузова, собирают семейные универсалы, тестируют электрические платформы и упрямо выходят на смену каждое утро.