«Гинденбург» был наполнен водородом, но пассажирам разрешали курить

Перед посадкой на «Гинденбург» пассажиры сдавали спички и личные зажигалки. На борту при этом существовала отдельная курительная комната — с мягкой мебелью, баром по соседству и окнами, сквозь которые можно было смотреть вниз на океан. Помещение пришлось снабдить защитой от попадания водорода. Причём одной плотно закрытой двери для этого не хватало.

Водород был внутри корпуса, но не в пассажирском салоне

«Гинденбург» длиной около 245 метров начал летать в 1936 году. Его огромный корпус вмещал газовые ячейки общим объёмом до 200 тысяч кубометров. Первоначально дирижабль рассчитывали на негорючий гелий. Однако получить его из США, контролировавших основные мировые поставки и ограничивавших экспорт, Германии не удалось. В полёты аппарат отправился с водородом.

Газ обеспечивал подъёмную силу: он значительно легче воздуха. Для движения вперёд служили четыре дизельных двигателя в отдельных наружных гондолах. Водород не был их топливом.

Внутри металлического каркаса находились 16 газовых ячеек. Пассажирские помещения занимали собственный участок в нижней части корпуса. Люди дышали обычным воздухом, а водород удерживали оболочки ячеек. Между ними проходили вентиляционные шахты, через которые газ могли выпускать наружу.

Тем не менее утечки оставались возможными. Водород, смешавшийся с воздухом, легко воспламеняется: для этого может хватить слабой искры или нагретой поверхности. Поэтому одного расстояния от курительной комнаты до газовых ячеек было недостаточно.

Как воздух защищал курительную комнату

Салон располагался на нижней пассажирской палубе, обозначенной буквой B. Внутри поддерживали давление воздуха выше, чем в окружающих помещениях. При таком перепаде воздух стремится выходить через неплотности наружу. Это должно было препятствовать проникновению водорода в комнату, где постоянно находились источники нагрева.

Для сохранения давления вход оборудовали воздушным шлюзом. Посетитель проходил через две двери: первую закрывали, прежде чем открыть следующую. Так салон не соединялся напрямую с коридором через открытый проход.

Это устройство подробно описал журналист Уэбб Миллер, пересекавший Атлантику на «Гинденбурге» в мае 1936 года. Он также заметил пепельницы, которые после использования закрывались герметично, помогая гасить окурки. Ограничения касались и времени: на его рейсе курить разрешили только через час после отправления.

Перепад давления снижал риск проникновения газа, но не делал помещение абсолютно непроницаемым. Защита зависела от подачи воздуха и соблюдения правил прохода через шлюз. Оставленная открытой дверь могла нарушить предусмотренный режим.

Почему у пассажиров забирали зажигалки

Спички и собственные зажигалки сдавали перед путешествием под расписку; после прибытия их возвращали. Эта процедура ограничивала возможность закурить в каюте или другом помещении, где подобная защита не предусматривалась.

В курительном салоне была электрическая зажигалка, установленная на стене. Пассажиру не требовалось держать при себе переносной источник огня. Но электрический способ поджигания сам по себе не делал курение безопасным при утечке: горючую смесь способны воспламенить и нагретый элемент, и тлеющий табак. Поэтому использование зажигалки требовало той же защиты помещения от водорода.

Журналист Уильям Кортни, описавший путешествие в журнале Collier's, рассказал, что на выходе стюард проверял, не выносит ли пассажир зажжённую сигарету. Разрешение закурить действовало только внутри специально устроенного помещения. Контроль на выходе был столь же необходим, как сдача спичек перед посадкой.

При расследовании пожара 6 мая 1937 года американская комиссия локализовала его начало в верхней хвостовой части дирижабля. Наиболее вероятным источником воспламенения она сочла электрический разряд; полностью восстановить механизм происшествия не удалось. Само наличие курительного салона не объясняет причину катастрофы.

Комната, в которой проводили вечера

Курительный салон выглядел как место для отдыха. В нём стояла кожаная мебель, а стены украшали изображения из истории воздухоплавания. Через закрытые окна можно было наблюдать за пейзажем внизу. Соседний бар позволял заказать напиток, а его расположение помогало персоналу следить за проходом посетителей.

Такое помещение соответствовало характеру путешествия. Перелёт Миллера из Германии в Лейкхерст занял 61 час 38 минут. Пассажиры ночевали в каютах, обедали за накрытыми столами и проводили свободное время в общих салонах. По его воспоминаниям, вскоре после взлёта люди уже играли в карты, писали открытки и слушали пианиста.

Вечером перед прибытием многие снова собрались в курительной комнате и баре. В воспоминаниях Миллера этот эпизод остался окончанием путешествия — с разговорами, песнями и ожиданием американского берега.