Почему один из самых современных автозаводов России стоит без дела — и дело не в сломанных станках

В 2019 году под Москвой открылся завод, который называли самым современным автопредприятием в России. Сотни роботов, цифровая сварка, отказ от бумаги. Инвестиции составили около 19 миллиардов рублей. Прошло всего несколько лет, и этот завод стоит без заказов. Причина не в том, что износились станки. Причина в том, что его «мозг» остался за границей.

Mercedes-Benz всегда пользовался в России особым статусом. Но чтобы удержать рынок и получить налоговые льготы, концерну пришлось строить локальное производство. Выбрали площадку в Есипово. Мощность была скромной — 25 тысяч автомобилей в год, но начинка поражала.

На одном конвейере могли собирать абсолютно разные модели без остановки. Роботы возили детали по расписанию с точностью до секунды. В цехах практически не было бумаги, всё управлялось компьютерами. Инженеры создали идеальный механизм. В 2023 году у завода появился новый собственник. Казалось бы, забирай готовое производство и выпускай что хочешь. Но на практике всё оказалось сложнее.

Вместе с уходом немцев завод лишился главного — программного обеспечения. Это не просто программа для бухгалтерии. Это цифровая среда, которая управляла конвейером, роботами и контролем качества.

Новый собственник получил цеха, где каждый станок работает на сложном софте. Переписать управляющие компьютеры под другие автомобили — это колоссальная задача. Нужны инженеры, которые знают этот конкретный софт, и годы работы. Именно поэтому полноценный цикл со сваркой и окраской запустить не удалось. Чтобы хоть как-то загрузить площади, на заводе начали крупноузловую сборку китайских кроссоверов Exeed. Но это была лишь полумера.

Парадокс в том, что чем современнее и автоматизированнее завод, тем сложнее его перезапустить. Старый цех с минимумом электроники перенастроить относительно легко. А здесь пришлось демонтировать уникальное оборудование, потому что использовать его без родного софта оказалось невозможно.

Теоретически завод мог бы стать базой для китайских производителей. На практике они не захотели вкладывать деньги в его переоснастку. Объемы выпуска маленькие, те же 25 тысяч машин в год. А переделка «умного» завода под другие модели требует огромных затрат. В результате китайские партнеры решили перевести сборку своих машин на другие площадки, в частности в Санкт-Петербург. К середине 2026 года завод в Есипово снова оказался без заказов.

Мы привыкли думать, что завод — это стены и станки. Но сегодня завод — это еще и программный код. Когда у вас нет своих специалистов, способных написать этот код, вы полностью зависите от того, кто его написал. И когда этот «выключатель» нажимают, у вас остается только дорогое и сложное оборудование, которое не может работать само по себе.

Проблема коснулась и владельцев части автомобилей Mercedes, собранных в конце 2024 года из остатков комплектующих. Официальные дилеры за рубежом отказывают им в обслуживании, а доступ к диагностике закрыт. Вы купили машину, она физически ваша, но ее «мозг» вам не принадлежит.

Отсутствие собственного производства в итоге бьет по карману покупателя. Ведь когда заводы простаивают, машины приходится везти из-за границы или собирать по «отверточной» технологии. Логистика и отсутствие конкуренции делают свое дело. А мы платим за технологии, которые так и не смогли освоить.

При подготовке материала использованы данные репортажа Autonews.ru (июнь 2026) о состоянии площадки в Есипово, публикаций «Ведомостей» о переносе сборки Exeed в Санкт-Петербург, а также материалов «Комсомольской правды» о начале сборки китайских кроссоверов в Подмосковье.