Чем так важен необитаемый остров Роколл в Атлантическом океане, права на который уже полвека оспаривают четыре страны

В бескрайних просторах Северной Атлантики возвышается крошечная гранитная скала, известная как Роколл (Rockall). Этот неприветливый утёс высотой всего 17 метров и шириной около 30 метров не имеет ни почвы для растений, ни укрытия от стихии. Он необитаем и кажется последним местом, за которое стоило бы бороться. Однако именно вокруг Роколла вот уже более полувека кипят страсти: четыре страны — Великобритания, Ирландия, Исландия и Дания (от имени Фарерских островов) — ведут спор о правах на него. Чем же так важен этот каменный клочок и почему он вызывает дипломатические противостояния?

Роколл впервые появился на морских картах в 1606 году, но интерес к нему возник лишь в XIX веке. В 1811 году экипаж британского корабля HMS Endymion впервые высадился на скалу, назвав её «самым одиноким островом в мире». Геологически Роколл — это эрозированный остаток вулкана, сформировавшийся около 52 млн лет назад во времена распада суперконтинента Лавразия. Он является единственной надводной частью обширного подводного плато Роколл, которое тянется на сотни километров.

Спор разгорелся в 1955 году, в разгар Холодной войны. Великобритания провела операцию «Роколл»: моряки водрузили флаг и установили табличку с королевским указом, объявив скалу своей. Это был акт аннексии, мотивированный необходимостью контролировать морские пути в Атлантике — советские подлодки регулярно патрулировали регион.

В 1972 году «Акт об острове Роколл» закрепил её за Шотландией (округ Харрис, Инвернесс). Однако этот шаг не убедил соседей. Ирландия, Исландия и Дания (представляющая интересы автономных Фарерских островов) отказались признавать британские претензии. В 1988 году Лондон и Дублин заключили двустороннее соглашение о разграничении континентального шельфа, но оно было оспорено Исландией и Данией.

С тех пор споры решаются через неформальные переговоры под эгидой ООН, включая Комиссию по границам континентального шельфа. В 2019 году напряжение вновь обострилось: шотландские власти пригрозили досмотром ирландских рыболовных судов в 12-мильной зоне вокруг Роколла, а Исландия публично заявила о своих правах на рыболовные воды.

Сама скала бесполезна: на ней невозможно жить или вести хозяйство. Но Роколл — ключ к огромным ресурсам. Согласно Конвенции ООН по морскому праву (UNCLOS), контроль над островом даёт право на исключительную экономическую зону (ИЭЗ) радиусом 200 морских миль и континентальный шельф до 350 миль. В случае с Роколлом это охватывает около 422 000 квадратных километров акватории — территорию, сравнимую с территорией Швеции.

Ключевой интерес — рыболовство. Воды вокруг Роколла изобилуют треской, сайдой и пикшей, которые составляют основу экспорта для прибрежных стран. Например, ирландский порт Киллибегс ежегодно вылавливает до 200 тыс. тонн рыбы именно в этом районе, обеспечивая рабочие места и экспорт. Для Исландии и Фарерских островов рыболовство — это 25-30% ВВП. Британцы, в свою очередь, видят в Роколле способ расширить квоты на вылов рыбы после Brexit.

Ещё ценнее — дно океана. Бассейн Хаттон-Роколл, частью которого является плато, таит огромные запасы нефти и газа. По оценкам экспертов, это может быть сравнимо с месторождениями Северного моря. Разведка здесь ведётся десятилетиями, но споры тормозят разработку.

Несмотря на дипломатию, Рокол остаётся символом национального престижа. В 2014 году британский авантюрист Ник Хэнкок установил рекорд, прожив на скале 45 дней в крошечной капсуле, чтобы «подтвердить суверенитет». Ирландские активисты, напротив, поют песни вроде «Rock On Rockall» ирландской группы The Wolfe Tones, протестуя против «колониализма». Климатические изменения добавляют неопределённости. Повышение уровня моря и таяние льдов могут повлиять на морские границы, что усложнит юридический статус Роколла, хотя прямое затопление скалы маловероятно.

Переговоры между четырьмя странами продолжаются, но прорыва нет. Потенциальное решение — совместная эксплуатация ресурсов, как в случае других спорных зон, но национальная гордость и экономические интересы мешают компромиссу. Роколл остаётся символом того, как даже крошечная скала может стать эпицентром геополитической борьбы. И пока дипломаты спорят, богатства под водой ждут своего часа. Будет ли это мирное разделение или новая эскалация, покажет время.