Строго говоря, у диспетчера энергосистемы тоже должны быть инструкции о том, чего можно просить у персонала станции, а чего нельзя. Ему не обязательно знать как работает АЭС, но у него должна быть инструкция, как можно менять мощность конкретной АЭС, а как нельзя. Эти знания необходимы диспетчеру для корректного управления генерацией в энергосистеме.
Снимает.
Для того, чтобы согласовать в техническом задании стойкость объекта к величине цунами, выраженной в баллах, не нужно ничего знать о будущем объекте. Нужно правильно определить возможную величину цунами в регионе и не пожалеть денег на удорожание объекта из-за необходимости постройки дополнительных защит.
Не совсем. Переключатель имеет два механических положения, пользователь сразу понимает, включен он или нет. В этом его удобство. А с кнопкой, сидя на совещании и глядя на телефон лежащий рядом на столе, вы не можете понять выключен у вас звук или нет.
Согласен. Но тот кто проектирует, строит и эксплуатирует имеет гораздо больше компетенций, чем тот, кто только эксплуатирует. При прочих равных, это должно увеличивать безопасность эксплуатации.
Насколько я знаю, рабочая смена состояла из молодых специалистов, но руководитель эксперимента был одним из наиболее опытных и квалифицированных инженеров-ядерщиков в стране. Именно поэтому он настаивал на нарушениях инструкций. Он хорошо понимал работу реакторов и был уверен, что эти нарушения не опасны. Но он не знал критических недостатков конкретной модели реактора, потому что эта информация намеренно или не намеренно не была доведена до сведения персонала станции.
Реактор был спроектирован таким образом, что, при определённом стечении обстоятельств, нажатие на кнопку аварийной остановки реактора неизбежно приводило к его взрыву.
Фактически, реактор представлял собой ядерную мину, взрыв которой был, скорее, вопросом времени.
При этом, данная «особенность» реактора не была описана в документации и не была известна персоналу.
Это не говоря уже о том, что само наличие такой «особенности» является грубейшим, абсолютно недопустимым, нарушением принципов безопасности при разработке любого технического устройства. Включение аварийной защиты (стоп-крана) не должно ни при каких обстоятельствах вызывать резкое увеличение опасности, которая исходит от технического устройства или ущерба, которое это устройство может причинить.
Вы не поняли мою мысль.
Персонал станции много раз нарушил инструкции. Но есть нюанс. Персонал не знал о критических недостатках конструкции реактора, которые не были отражены в эксплуатационной документации. Поэтому персонал не понимал и не мог понимать процессов, протекающих в реакторе в результате предпринятых персоналом действий.
Если бы реальная работа реактора соответствовала тому, как она была описана в документации, все нарушения персонала станции практически никак не повлияли бы на безопасность эксплуатации реактора.
Модель поставки электроэнергии с её производством «под ключ» мне кажется очень интересной и перспективной.
Беспокоит только то, что политические риски для подобных проектов имеют очень большое значение.
Насчёт Чернобыля Вы ошибаетесь. Там были очень серьёзные недостатки именно в конструкции реактора, которые не были отражены в документации для эксплуатирующего персонала. Без наличия этих недостатков все нарушения, допущенные персоналом, не могли бы привести не только к аварии, но даже к какой-либо неисправности станции.
Это вопрос приоритетов правительства.
Для того, чтобы согласовать в техническом задании стойкость объекта к величине цунами, выраженной в баллах, не нужно ничего знать о будущем объекте. Нужно правильно определить возможную величину цунами в регионе и не пожалеть денег на удорожание объекта из-за необходимости постройки дополнительных защит.
Фактически, реактор представлял собой ядерную мину, взрыв которой был, скорее, вопросом времени.
При этом, данная «особенность» реактора не была описана в документации и не была известна персоналу.
Это не говоря уже о том, что само наличие такой «особенности» является грубейшим, абсолютно недопустимым, нарушением принципов безопасности при разработке любого технического устройства. Включение аварийной защиты (стоп-крана) не должно ни при каких обстоятельствах вызывать резкое увеличение опасности, которая исходит от технического устройства или ущерба, которое это устройство может причинить.
Персонал станции много раз нарушил инструкции. Но есть нюанс. Персонал не знал о критических недостатках конструкции реактора, которые не были отражены в эксплуатационной документации. Поэтому персонал не понимал и не мог понимать процессов, протекающих в реакторе в результате предпринятых персоналом действий.
Если бы реальная работа реактора соответствовала тому, как она была описана в документации, все нарушения персонала станции практически никак не повлияли бы на безопасность эксплуатации реактора.
Беспокоит только то, что политические риски для подобных проектов имеют очень большое значение.