Свет в конце тоннеля по ГОСТу: почему видения на грани жизни подчиняются странным правилам геометрии

Особые пограничные состояния сознания, которые в науке принято называть околосмертным опытом (Near-Death Experiences, или сокращенно NDE), возникают у людей в моменты пиковых физических или эмоциональных нагрузок, а также в периоды глубокого отключения организма с последующим успешным медицинским восстановлением. Согласно статистике, о подобных переживаниях сообщают от 4 до 10 процентов людей в мире, а среди пациентов, прошедших через интенсивную реанимацию и полное восстановление жизненных функций, эта доля достигает 23 процентов.

Исследования активности мозга с помощью электроэнцефалографии показывают, что когда человек вспоминает такой опыт, в его височных долях возникают тета-ритмы. Точно такая же электрическая активность наблюдается в моменты, когда мы вспоминаем реальные события из своей жизни. Это доказывает, что для мозга пережитый опыт не является сном или вымыслом — в памяти он хранится как подлинное автобиографическое событие, отличающееся высокой четкостью и эмоциональной глубиной.

Тем не менее ученым долгое время не удавалось точно измерить, что именно видит человек в этом состоянии. Главная проблема заключается в том, что обычной устной речи недостаточно для передачи подобного опыта. Когда люди пытаются описать свои впечатления словами, они невольно используют привычные культурные образы и готовые фразы: говорят о «туннеле», «ярком свете» или «красивом саде». Словесный пересказ стирает важные детали восприятия и не позволяет понять, как на самом деле было устроено видимое пространство, какие оно имело границы, пропорции и цвета.

Чтобы изучить эти состояния без искажений, которые вносит язык, международная группа ученых — Франс Лернер из Университета Хайфы, Паулу Сезар Роша дус Сантус из бразильского научно-образовательного института IDOR и математик Гийом Таар из Гуандунского Техниона — применила метод графической реконструкции. В исследовании, опубликованном в научном журнале Frontiers in Psychology, авторы предложили участникам вместо обычных устных рассказов пошагово начертить границы своего поля зрения, отметить собственное положение в пространстве и указать направления движения.

Как отбирали участников и исключали подсказки

Для участия в работе исследователи пригласили добровольцев через Международную ассоциацию изучения пограничного опыта (IANDS). На первом этапе 101 человек заполнил предварительную анкету, в которую входили два проверенных психологических опросника: классическая шкала Грейсона и более подробная шкала содержания опыта NDE-C. Эти тесты позволяют с помощью баллов отделить реальный глубокий опыт от обычных сновидений или фантазий. Пороговые значения для участия составляли не менее 7 баллов по шкале Грейсона и не менее 27 баллов по шкале NDE-C.

Строгий отбор прошли 97 человек, из которых 50 участников полностью завершили второй, основной этап исследования. Он представлял собой индивидуальную рабочую сессию по видеосвязи длительностью от полутора до трех часов. Средний возраст участников составил 52 года, а само событие, о котором они рассказывали, произошло в среднем за 15 лет до начала исследования.

Авторы уделили особое внимание тому, чтобы в ходе работы не подсказать участникам ожидаемые ответы. Из всех инструкций и анкет полностью убрали слова «туннель», «свет», «коридор» или «небесный пейзаж». Вместо словесных категорий испытуемым выдали справочный каталог простых геометрических схем — пиктограмм.

Этот каталог геометрических форм появился не случайно. Франс Лернер разработала его в ходе своей более ранней научной работы 2016 года, где применялся метод «слепого рисования». Тогда участники, пережившие пограничный опыт, рисовали границы увиденных ими пространств с закрытыми глазами, не глядя на бумагу. Такой прием отключал сознательный контроль: человек не пытался сделать рисунок ровным, правильным или красивым, а его рука напрямую воспроизводила сохранившиеся в памяти контуры пространства. Изучив сотни таких спонтанных рисунков, ученые выделили из них повторяющиеся геометрические фигуры и объединили их в единый наглядный каталог.

В новом исследовании каталог служил только ориентиром. Участники распечатывали рабочие листы, брали синюю ручку с толщиной линии ровно один миллиметр и выбирали ту геометрическую схему, которая лучше всего соответствовала их воспоминаниям. Затем они перерисовывали и изменяли эту фигуру от руки в соответствии со своим личным опытом: меняли угол наклона, изгиб линий, ширину, высоту и пропорции. Если ни одна фигура из каталога не подходила, человек выбирал категорию «Другое пространство» и рисовал схему полностью самостоятельно. Если в какой-то момент опыта видимое пространство отсутствовало вовсе, отмечалась категория «Без пространства». Для всех рисунков действовало единое правило: нижний край листа бумаги всегда означал пол или землю, а верхний край — потолок или верхнее направление.

Разделение этапов опыта и движение точки восприятия

Обычные психологические тесты оценивают пережитый опыт как одно неделимое событие. Однако человеческое восприятие всегда разворачивается во времени и состоит из сменяющих друг друга сцен. Поэтому исследователи попросили каждого участника разделить свои воспоминания на отдельные последовательные эпизоды и пронумеровать их в хронологическом порядке. Каждому такому эпизоду отводился отдельный лист бумаги для черчения. В среднем один участник выделял в своем опыте два-три последовательных эпизода, а у некоторых их число доходило до восьми.

Пошаговое разделение позволило ученым точно отделить основную часть переживания — так называемое ядро опыта (NDE Core) — от ощущения выхода восприятия за пределы физического тела (Out-of-Body Experience, или OBE).

Внетелесный опыт хорошо изучен в современной неврологии. Исследования под руководством нейробиолога Олафа Бланке показали, что за ощущение границ собственного тела отвечает особый участок коры мозга на стыке височной и теменной долей (правая угловая извилина). Эта зона непрерывно собирает и объединяет сигналы от зрения, вестибулярного аппарата (органа равновесия) и рецепторов в мышцах и суставах. Если работа этого участка временно нарушается, мозг перестает связывать точку самоощущения человека с его физическим телом и смещает точку обзора в окружающее пространство — например, к потолку комнаты. В повседневной жизни с кратковременным внетелесным опытом хотя бы раз сталкиваются от 10 до 20 процентов людей, а во время глубоких пограничных состояний (NDE) его частота возрастает до 45-80 процентов.

Авторы исследования обнаружили, что внетелесный опыт делится на две самостоятельные фазы:

1. Фаза отделения (диссоциативная фаза) — возникает в самом начале опыта, когда человек ощущает смещение своей точки восприятия в сторону или вверх от физического тела, продолжая видеть само тело и окружающую обстановку.
2. Фаза возвращения (ассоциативная фаза) — возникает в самом конце опыта, когда точка восприятия движется обратно и вновь соединяется с физическим телом.

Из 50 участников исследования 18 человек сообщили, что у них не было фазы выхода из тела — их опыт сразу начался с основного ядра NDE. У 11 человек была только начальная фаза отделения от тела, у 9 человек — только финальная фаза возвращения, а 12 участников последовательно прошли через обе фазы: сначала отделились от тела, затем пережили основную часть опыта (ядро NDE), а в конце вернулись обратно.

На чертежах внетелесных фаз участники использовали единую систему условных обозначений: кругом отмечали положение своего физического тела, крестиком — точку, в которой находилось их воспринимающее сознание («Я-локацию»), квадратами — других людей в помещении (например, медицинский персонал или родственников), а стрелками — направление своего движения.

Когда математики измерили углы этих стрелок у десяти участников, которые прошли обе фазы внетелесного опыта и двигались по прямым линиям, выявилась точная геометрическая закономерность. Угол между направлением первоначального отрыва от тела и направлением финального возвращения в него во всех случаях составлял около 180 градусов (а у двух участников, чье движение было вращательным, траектории также оказались зеркально противоположными). Это означает, что сознание человека в финале опыта возвращается в физическое тело строго по той же линии, по которой оно отделилось в начале, но в обратном направлении.

Кроме того, рисунки наглядно показали главное отличие внетелесной фазы от основного ядра опыта. В фазе выхода из тела человек всегда видит и зарисовывает реальное физическое помещение (комнату, мебель, стены) и свое тело как главный ориентир. Но как только начинается фаза ядра NDE, физическое тело и стены комнаты полностью исчезают с чертежей. Восприятие переходит в режим чистого наблюдения от первого лица внутри особого внутреннего пространства, которое создается самим сознанием.

Четыре геометрических типа внутреннего пространства

В общей сложности 50 участников начертили 112 отдельных пространственных сцен, относящихся к основному ядру NDE. Из них 108 сцен (то есть 96 процентов всех рисунков) точно уложились в четыре базовые геометрические категории:

• Категория A (28 сцен): конусы и параллельные линии. Это пространства, границы которых образованы двумя линиями — сходящимися в одной точке, расходящимися или идущими параллельно друг другу. Главная геометрическая характеристика здесь — угол раскрытия между линиями. В шести случаях из двадцати восьми этот угол был равен нулю (линии шли параллельно или сливались), превращая видимое пространство в узкий направленный луч. Фигуры категории A всегда имеют четко выраженную продольную ось (направление «вперед — назад»). Статистический подсчет показал, что такие конусообразные пространства почти никогда не возникают в середине длинного опыта, состоящего из нескольких частей: они появляются либо в самом начале, либо в самом финале последовательности.
• Категория B (31 сцена): изогнутые эллиптические дуги. Границы поля зрения в этой категории представляют собой плавно изогнутые линии — части круга или овала. В зависимости от подтипа такая дуга может охватывать четверть, половину или три четверти пространства вокруг наблюдателя. Эти формы отличаются высокой кривизной и широким углом обзора.
• Категория C1-C4 (20 сцен): пологие, почти плоские дуги. Это также участки окружности или овала, но с очень малым изгибом — их угловой охват составляет менее 30 градусов. С точки зрения геометрии такая пологая линия получается тогда, когда наблюдатель подходит очень близко к границе огромного круга или шара: из-за малого расстояния изогнутая граница воспринимается почти как прямая линия.
• Категория C5 (29 сцен): замкнутый эллипсоид или круг. Это полностью замкнутое пространство, которое окружает наблюдателя со всех сторон на 360 градусов. На рисунках участников пропорции этих фигур варьировались от правильного круга (сферы) до вытянутого овала.

Исследователи измерили для каждого рисунка специальный показатель — угловой охват поля зрения (Visual Field Extent). Этот угол показывает, какую часть видимого пространства занимает фигура, если смотреть на нее из точки, где находится сам наблюдатель (отмеченной крестиком). Выяснилось, что категории B, C1-C4 и C5 тесно связаны между собой: разомкнутые дуги часто являются видимыми частями полного замкнутого эллипсоида C5, а их форма на рисунке напрямую зависит от того, на каком расстоянии от границы находится точка восприятия человека и куда направлено его внимание.

Чертежи показали, что пространство внутри опыта постоянно перестраивается вслед за движением наблюдателя и появлением внутренних зрительных образов (например, фигур близких людей или светящихся объектов, которые участники отмечали на схемах квадратами).

Показательный пример — последовательность рисунков участника под номером 21. Сначала он находился внутри полностью замкнутого овального пространства C5. Затем у границы этого пространства, примерно в направлении отметки «один час» на циферблате, возник зрительный образ — фигура. Все внимание участника сосредоточилось на этом образе. В результате на следующем рисунке замкнутое пространство вокруг него исчезло, и осталась только одна изогнутая дуга категории B2 — именно тот участок границы, рядом с которым находилась фигура.

Далее в ходе опыта точка восприятия участника приблизилась вплотную к этой фигуре. Из-за сокращения дистанции граница пространства визуально расширилась и выпрямилась, превратившись в пологую дугу категории C3. На следующем этапе участник изменил ориентацию в пространстве, и дуга вместе с фигурой зеркально переместилась на противоположную сторону листа (перейдя в категорию C1). Когда же зрительный образ исчез, граница поля зрения снова замкнулась вокруг наблюдателя на 360 градусов, вернувшись к исходной форме полного овала C5.

Точно так же меняли свое положение и конусообразные формы категории A. Например, у участника под номером 10 конус в начале опыта и конус в конце опыта имели одинаковую геометрическую форму, но второй был повернут ровно на 180 градусов относительно первого, так как направление движения человека сменилось на противоположное. А у участника под номером 23 поворот собственной точки обзора внутри промежуточного круглого пространства C5 привел к тому, что следующий за ним конус сместился на чертеже ровно на 225 градусов по часовой стрелке. Таким образом, базовая геометрия пространств сохраняется, но их видимый поворот и охват напрямую зависят от движений и фокуса внимания самого наблюдателя.

Связь между геометрической формой и цветом

Помимо зарисовки форм и траекторий, участники для каждого эпизода отвечали на вопрос о цветовой палитре пространства. Все ответы делились на две группы:

1. Хроматические (цветные) пространства — содержащие любые цвета спектра: розовый, зеленый, синий, золотой, пурпурный и другие.
2. Ахроматические (бесцветные) пространства — состоящие исключительно из черного, серого и белого цветов, переходов от темноты к свету и бесцветных светящихся текстур.

Сопоставление четырех геометрических категорий с ответами о цвете выявило четкую статистическую разницу между конусами (категория A) и широкими изогнутыми дугами (категория B):

• В категории A (конусы) 78,6 процента пространств (22 из 28) оказались полностью бесцветными (ахроматическими). Участники описывали их как движение сквозь черное или темно-серое пространство, подъем вверх в полной темноте, полет сквозь черное поле с неподвижными белыми точками света или постепенный переход от черного фона к светло-серому. Только в шести случаях в конусах присутствовал цвет.
• В категории B (широкие дуги) наблюдалась противоположная картина: 87,1 процента пространств (27 из 31) были насыщенно цветными (хроматическими). Участники описывали яркий радужный спектр, высокую четкость деталей, зеленые холмы, траву, цветы, розовый и золотистый свет. Именно внутри панорамных дуг категории B люди чаще всего видели эпизоды «обзора жизни» — быструю последовательность цветных объемных картин и кадров, воспроизводящих события их прошлого и образы членов семьи.
• В категории C1-C4 (пологие дуги) цветные пространства составили 65,0 процента (13 цветных против 7 бесцветных).
• В категории C5 (замкнутые круги и овалы) распределение оказалось почти равным: 58,6 процента цветных пространств (17 случаев) и 41,4 процента бесцветных (12 случаев).

Так как один и тот же человек мог нарисовать сразу несколько эпизодов, ученые проверили данные с помощью обобщенных оценочных уравнений — математического метода, который исключает влияние индивидуальных особенностей отдельных участников на общую статистику. Расчет подтвердил высокую надежность результата (величина статистической погрешности составила менее 3⋅10⁻⁵): вероятность увидеть цветную картину в пространстве категории B в 18,4 раза выше, чем в конусообразном пространстве категории A.

Исследователи также проверили, не связан ли цвет просто со временем развития опыта (например, можно было бы предположить, что в начале опыта пространства всегда черно-белые, а в конце всегда цветные). Дополнительный математический расчет с учетом порядкового номера каждого эпизода показал, что время появления сцены никак не влияет на ее цветность. Наличие или отсутствие цвета напрямую зависит именно от геометрической формы видимого пространства.

Как особенности зрения объясняют геометрию и цвет

Авторы исследования подчеркивают, что их работа изучает устройство субъективного восприятия на основе отчетов участников и не включает прямых инструментальных замеров работы мозга в момент самого события. Тем не менее полученные данные о связи формы и цвета точно согласуются с известными законами работы зрительной системы человека:

1. Особенности кровоснабжения сетчатки и устройство зрительной коры. Преобладание бесцветных конусообразных пространств в категории A совпадает с тем, как меняется поле зрения при временном снижении притока крови и кислорода к зрительной системе. Периферические (краевые) участки сетчатки глаза наиболее чувствительны к нехватке кислорода и снижению сосудистого тонуса, поэтому при больших перегрузках на организм боковое зрение сужается и отключается первым. Вместе с этим резко падает и чувствительность к цвету на краях поля зрения.

Кроме того, в самой зрительной коре головного мозга действует принцип неравномерного распределения нейронов: центральной зоне сетчатки (которая отвечает за четкое зрение прямо перед собой) отведена непропорционально огромная площадь коры по сравнению с периферией. Когда краевые зоны временно снижают активность, а центральная зона продолжает работать, человек субъективно воспринимает границы своего поля зрения как узкий конус со светлой областью в центре.

2. Смена дневного и сумеречного режимов зрения. В сетчатке глаза человека работают два типа светочувствительных клеток: колбочки и палочки. Колбочки обеспечивают дневное зрение и отвечают за восприятие всех цветов, но требуют хорошего освещения и высокого уровня клеточного обмена веществ. Палочки отвечают за зрение в условиях слабой освещенности и вообще не различают цветов, формируя черно-белую картину. При снижении общей активности зрительной системы восприятие смещается в сторону работы палочек, что приводит к исчезновению цвета.

3. Разделение каналов движения и цвета в мозге. В головном мозге зрительная информация передается по двум разным путям, которые работают параллельно. Один канал (парвоцеллюлярный) работает относительно медленно, но отвечает за анализ мелких деталей, неподвижных форм и цветовой палитры. Второй канал (магноцеллюлярный) работает очень быстро и отвечает за восприятие движения, глубины пространства и перепадов яркости света, но при этом он полностью нечувствителен к цвету.

В конусообразных пространствах категории A участники почти всегда отмечают ощущение быстрого направленного движения вперед или вверх. Это указывает на то, что в такие моменты восприятие опирается преимущественно на быстрый канал обработки движения и яркости, который по своей природе формирует исключительно черно-белую картину. Когда же быстрое направленное движение прекращается и поле зрения раскрывается в широкую устойчивую панораму категории B, в работу активно включаются нейронные сети, отвечающие за богатое цветовое восприятие и детальные образы памяти.

Эффект однородного поля, двигательная память и переход к 3D

Отдельный интерес для науки представляют замкнутые сферические и овальные пространства категории C5, в которых цветные и бесцветные варианты встречаются почти поровну. Участники, побывавшие в пространстве C5, описывали его как нахождение в центре огромного равномерного шара света комфортной температуры, который полностью окружал их на 360 градусов. При этом многие отмечали, что внутри этой сферы исчезало ощущение границы между ними самими и окружающим пространством — возникало чувство полного единства со средой.

В психологии и физиологии восприятия такой эффект хорошо известен под названием феномена однородного поля (эффекта Ганцфельда). В лабораторных условиях его вызывают, когда перед глазами человека создают абсолютно равномерное световое поле без каких-либо контуров, углов и видимых границ. В такой ситуации зрительной системе не за что зацепиться, мозг перестает ощущать дистанцию до внешних объектов, и граница между наблюдателем и внешним пространством в восприятии стирается. При этом, как отмечают нейробиологи Эндрю Хаун и Джулио Тонони, даже в абсолютно однородном и пустом поле сознание не теряет самого чувства пространственной протяженности — оно продолжает воспринимать среду как объемный трехмерный охват. Исследование Лернер и ее коллег показывает, что замкнутая геометрическая фигура C5 служит точным графическим выражением этого состояния полного единства и растворения границ восприятия.

Ученые также проверили, влияет ли общая интенсивность пережитого опыта (измеренная в баллах по опросникам Грейсона и NDE-C) на то, какие именно геометрические фигуры видит человек. После проведения строгих статистических расчетов выяснилось, что надежной связи между баллами в тестах и типами фигур (A, B, C1-C4 или C5) нет. Это важный научный вывод: он означает, что пространственная геометрия является самостоятельным измерением опыта, которое невозможно выявить с помощью обычных текстовых анкет.

Еще одно важное наблюдение ученые сделали прямо во время сеансов рисования. Многие участники сообщали, что сам процесс вычерчивания границ пространства, расстановки крестиков собственного положения и рисования стрелок движения помог им упорядочить мысли и неожиданно вспомнить важные детали опыта (ощущения движения, расположение объектов, повороты), которые они годами не могли вспомнить и объяснить на словах.

Этот эффект подтверждает современные теории двигательной и пространственной памяти, разработанные нейрофизиологом Аленом Бертозом и психологом Лоуренсом Барсалу. Согласно этим теориям, человеческий мозг хранит воспоминания о событиях в тесной связке с положением тела и историей его движений. Когда человек начинает рукой восстанавливать на бумаге схему пространства, углы поворота и траектории перемещения, в мозге заново активируются моторные и пространственные центры. Это открывает доступ к тем слоям памяти, которые остаются закрытыми при обычной попытке вспомнить событие с помощью слов.

Перспективы: трехмерное компьютерное моделирование

Авторы работы внимательно перечисляют ограничения своего метода. Главные из них заключаются в том, что участникам приходилось изображать объемные трехмерные пространства на плоском двумерном листе бумаги, а между самим событием и моментом рисования проходило много лет. Кроме того, в этом исследовании еще не было контрольной группы — людей, которые по точно такому же протоколу зарисовывали бы другие состояния, например, глубокую медитацию или яркие сновидения.

Чтобы решить эти задачи и сделать измерения еще более точными, научная группа уже приступила к следующему этапу работы — созданию специальной компьютерной платформы MIST (Mapping Interface for Altered States of Consciousness).

Вместо бумаги и ручки эта программа предоставит участникам интерактивную трехмерную среду. Человек сможет прямо на экране выстраивать вокруг себя объемную модель пережитого пространства и плавно менять ее параметры в трех измерениях: точно задавать координаты по осям X, Y и Z, регулировать радиус изгиба стен и куполов, менять углы обзора, цветовую палитру, положение своей точки восприятия и скорость движения.

С помощью платформы MIST ученые планируют собрать большую базу трехмерных моделей и впервые провести точное математическое сравнение пространств, которые возникают в сознании человека при самых разных состояниях: от пограничного опыта (NDE) до глубоких медитативных практик и направленной релаксации. Но главный фундаментальный результат очевиден уже сегодня: даже тогда, когда внешние органы чувств временно не передают сигналы из окружающего мира, человеческое сознание не распадается на хаотичные пятна, а продолжает работать по строгим геометрическим и оптическим законам, выстраивая вокруг точки восприятия упорядоченную пространственную структуру.

Источник: Frontiers in Psychology