Откуда там вообще резиновый шланг? Давно уже магистраль металлическая. Шланги были во времена карбюраторов, когда в магистрали давления не было. Скорее они рампу на быстросъемный соединитель подключили, а там китайская резинка задубела. Как на Haval'ах было…
Периодичность индексации не установлена. И это легко обходится как созданием новых позиций в штатном расписании, так и срезанием премии после увеличения оклада.
Для начала надо установить лимит на зарплату: 50$ в месяц неквалифицированный, 100$ в месяц квалифицированный, 500$ в месяц топ-менеджер, 2000$ в месяц генеральному директору. Тогда можно будет начать обсуждение Вашего варианта.
Там, возможно, при сборке гайка сначала наживляется, всё собирается и регулируется, и только потом гайка затягивается. Но работника, который должен был окончательно затягивать гайку, сократили…
Путин не запретил выводить прибыль, а обязал получать на это разрешение. И такие разрешения выдаются, и прибыль выводится (доллар по 100 — одно из следствий этого). Сделано это было, кстати, уже после того как аналогичным образом поступили западные правительства.
По нашему законодательству филиалы международных компаний — обычные юр. лица в российской юрисдикции. Наше юр. лицо независимое, просто его бенефициаром является материнская компания. Это между собой они споры могут решать в других судах в соответствии с договорами. А в отношениях с государством и по договорам с российскими юр. лицами они подчиняются исключительно ГК, ТК, НК и прочим российским законам. И там не предусмотрено что западные санкции — это запрет на деятельность. Так что и форс-мажора нет. Бремя содержания имущества (ст. 210 ГК РФ) никуда не девается. Юристы не зря посоветовали просто продать завод — это было решение с наименьшим ущербом для материнской компании.
Отсутствие возможности закупки товаров у конкретного поставщика форс-мажором не является. Это обычный предпринимательский риск. Российское юр. лицо — это самостоятельное юр. лицо, а не филиал. Оно может вообще производить, например, Лады. Ну и передать технологии они были обязаны еще до введения санкций — за это им были даны преференции.
Заводом владело российское юр. лицо. Для него форс-мажора нет. Все обязательства в силе. Вот если бы российские власти ввели санкции в отношении этого юр. лица — вот тогда можно было бы ссылаться на форс-мажор. Но санкции не введены, им ничего не мешает работать дальше. У них даже есть запасы комплектующих на несколько десятков тысяч машин.
Форс-мажор корейского юр. лица позволяет ему не возмещать ущерб, причиненный российскому юр. лицу нарушением контрактов, в случае обращения за этим в корейский суд. И всё.
Это так не работает. Нет таких обстоятельств. См. судебную практику за последние пару лет. Западные санкции не являются форс-мажором для российского юр. лица.
Форс-мажор подлежит доказыванию (каждая сторона спора доказывает те обстоятельства, на которые она ссылается). Но поскольку санкционка вполне себе завозится, то доказать форс-мажор не получится.
И что мешало им локализовать здесь производство машинокомплектов? Ничего. У них так-то обязательства были по локализации, если кто забыл. Это первое. Второе — они могли поставлять комплекты не из Кореи. Санкционку другие вполне возят. Третье — санкции Южной Кореи для российского юр. лица форс-мажором не являются. А заводом владело именно российское юр. лицо.
По нашему законодательству филиалы международных компаний — обычные юр. лица в российской юрисдикции. Наше юр. лицо независимое, просто его бенефициаром является материнская компания. Это между собой они споры могут решать в других судах в соответствии с договорами. А в отношениях с государством и по договорам с российскими юр. лицами они подчиняются исключительно ГК, ТК, НК и прочим российским законам. И там не предусмотрено что западные санкции — это запрет на деятельность. Так что и форс-мажора нет. Бремя содержания имущества (ст. 210 ГК РФ) никуда не девается. Юристы не зря посоветовали просто продать завод — это было решение с наименьшим ущербом для материнской компании.
Форс-мажор корейского юр. лица позволяет ему не возмещать ущерб, причиненный российскому юр. лицу нарушением контрактов, в случае обращения за этим в корейский суд. И всё.