Почему переводчики-синхронисты не работают дольше 30 минут?
Среди специальностей, связанных с языками, профессия синхрониста признается одной из наиболее трудных и нервных. На одно выступление выставляется как минимум два переводчика, которые в случае чего смогут подменить друг друга. Но почему синхронисты работают сменами не более 30 минут?
Сперва следует заметить, что синхронный перевод назначают для действительно значимых событий. Вполне естественно, что переводчик находится в состоянии стресса, однако к обычному волнению от публичных выступлений добавляется ответственность за точную передачу материала.
Многозадачность в моменте
Синхронный перевод требует огромной нагрузки на мозг, потому что человеку приходится постоянно переключаться между разными языковыми системами. Как известно, мозг не может одновременно выполнять две похожих задачи: пресловутая «одновременность» всегда достигается за счет переключений, которые нам лишь кажутся мгновенными.
Эти переключения довольно быстро утомляют — в короткий промежуток времени переводчик успевает прослушать фразу докладчика, мысленно трансформировать ее на родной язык, произнести перевод и параллельно готовить перевод следующего предложения.
При этом просто перевод (=передача слов на другой язык) выступления недостаточен для того, чтобы его можно было назвать хорошим. Синхронистам приходится постоянно контролировать свою речь и следить за следующими особенностями:
- Темп, тембр речи, интонация
Выступающие могут быть авторитетными людьми, и им простительна нечеткая речь. От переводчика же всегда требуется, чтобы он говорил понятно и красиво. Довольно часты случаи, когда перевод воспринимать легче, чем «оригинал».
- Грамотная передача материала на родной язык
Если переводчик попытается буквально передать выступление, то слушатели как минимум услышат непривычные для их языка формулировки, но вероятнее всего — поток неграмотной речи. Почти каждое предложение при переводе нуждается в трансформации: переводчик мысленно меняет части речи, порядок слов, достраивает недостающие элементы в неполных предложениях
В английском указание времени ставят на первое или последнее место: I was at her place yesterday. Yesterday, I was at her's. В русском мы можем поставить обстоятельство времени в начало, середину или конец предложения. И все варианты будут звучать нормально: Вчера я был у нее в гостях. Я был вчера у нее. Я заходил к ней вчера.
Классический пример из англо-русского перевода
К контролю за переводом и собственной речью прибавляется нюансы, которые от синхрониста не зависят:
- Выступающий может говорить тихо, неразборчиво или слишком быстро
- Выступление может быть построено хаотично, лишено логики или вовсе быть неадекватным
- Тема может быть незнакома переводчику
Последнее случается довольно редко, потому что переводчики обычно привязаны к какой-то сфере, готовят глоссарии (словари с основными терминами) и хотя бы приблизительно понимают тему доклада. Тем не менее бывают случаи, когда срочно нужно кого-то подменить или когда выступающий использует сложные термины, которые синхронист не знает. Тогда на помощь приходит словарь, второй переводчик или «догадка» — смысл высказывания восстанавливается по контексту.
Хрестоматийный пример «перегрузки переводом»
В 2009 году ливийский лидер Муамар Каддафи настоял на том, чтобы его выступление в ООН на английский переводил не специалист организации, а его собственный переводчик. Он мотивировал это тем, что будет говорить на ливийском диалекте арабского языка, который мог оказаться непонятен переводчикам из ООН (хотя и говорил впоследствии на стандартном арабском).
Несмотря на рекомендации ООН проводить выступления не более 15 минут, Каддафи произносил речь на протяжении целых 75 минут. Его переводчик не выдержал нагрузки и прокричал в микрофон, что больше не может продолжать.
Случай показателен тем, что Каддафи являлся образцом «неудобного» выступающего для синхронистов. По заявлениям других переводчиков, он часто что-то бормотал, выражался путано или вовсе «беседовал с собой».
Итак, работа синхрониста проходит в довольно нервной обстановке и зависит от большого количества мелочей, связанных с собственной речью, переводческими трансформациями, которые нужно моментально проводить в уме, и довольно часто — личностью докладчика. Все это обязательно нужно учитывать для того, чтобы слушатель получил информацию полностью. Поэтому для поддержания качества переводов и хорошей работоспособности синхронистам и рекомендуют сменяться каждые 15-30 минут.
Источник: Нейросеть Kandinsky 3.0
9 комментариев
Добавить комментарий
2. Переводчик Каддафи просто был из тех, кто дольше 30 минут не работает, а его заставили дольше, вот и всё. Выступающий может хоть с демонами общаться 24 часа в сутки: если переводчик его манеру речи знает и соответствующим образом готовится (то есть как следует выполняет свои профессиональные обязанности), он может переводить, пока выступающий может говорить.
3. «Тема может быть незнакома переводчику — Последнее случается довольно редко, потому что переводчики обычно привязаны к какой-то сфере» Это излишне оптимистичный взгляд на современное состояние синхронного перевода. Такое есть, но далеко не везде — в нашей стране, кстати, больше, чем за границей. И, как правило, «длинные смены» или вообще работа в одиночку довольно жестко коррелируют с глубиной знания переводимой тематики. Вплоть до того, что это не корреляция, а причинно-следственная связь.
4. На кандинской картинке — микрофон, каких у переводчиков почти не бывает. В теории может и такая экзотика прилететь, но на практике крайне маловероятно.
5. Если окажется, что нейросеть — не только автор картинки, но и текста, я не удивлюсь.
Очевидно, что переводчик Каддафи тренировался и получал образование «по методичке», вряд ли готовился к почти полуторачасовому переводу в ООН. Здесь это самая важная деталь, очень высокий уровень ответственности: сделаешь серьезную ошибку, о тебе напишут во всех странах мира, что и произошло в итоге.
3. Да, взгляд оптимистичный. Спасибо за инсайт. Мои знакомые обычно попадают по «своей» тематике: экономика, медицина, даже какое-то почвоведение...
4. Разумеется.
5. В каком-то смысле нейросети делают по моему и вашему человеческому подобию, но я уже начинаю завидовать их способностям…
2. Здесь тоже, возможно, стоило высказаться четче: переводчик Каддафи был просто плохо готов профессионально. Тот факт, что это попало в публичное пространство, никак не меняет простоты и банальности произошедшего. «Уровень ООН» ничем не отличается от уровня любого другого конференц-перевода, кроме слова «ООН», в массе мест требования к качеству перевода гораздо более жесткие. «Очень высокий уровень ответственности» добавляет, конечно, нервозности, но у нормального переводчика она с началом работы заканчивается, у ненормального – растет. Что мы и наблюдали, не более того.
3. То, что в радиусе Вашего внимания есть фактический материал, замечательно. Для тех, кто работает «в своей теме», «проблема 30 минут» имеет сильно меньшее значение. Для эксперимента можете задать своим знакомым вопрос, откуда взялась цифра 30 минут (почему не 15 и не 45, например). Если Вам ответят «исследования показали», спросите какие. На чем Ваша беседа, поверьте, и закончится :)
Добавить комментарий