Москва на запястье, как на ладони, или как один камень делает эти часы Tsedro исключительными

Часы Tsedro — редкий пример работ, которые интересно рассматривать, подмечая детали, со всех сторон: когда-то, 20 лет назад часовое ателье решило «изобрести» новый жанр часов, так называемые «сюжетные скелетоны», и с тех пор именно в этом направлении достигает непревзойденных результатов.

Новая модель — «Москва» — создавалась к двум праздничным датам. Во-первых, эта модель и отчет перед зрителем в юбилейный год (ателье «Tsedro» отмечает 20 лет творческой деятельности), а, во-вторых, вышли часы незадолго до Дня России, и сейчас модель представлена в экспозиции Музея Времени и Часов. Где я и взял ее с витрины, чтобы посмотреть поближе.

Общие впечатления

Сейчас справа у нас Варварка, и мы смотрим на Красную площадь. Первое, что всегда подкупает в таких работах — детализация и чрезвычайный натурализм. Если задуматься, то этому сюжету не нужны подробности, и облик города был бы узнаваем при куда больше «эмлематичности».

Однако мы вновь видим, как вручную (а это ручная работа мастера!) прописан каждый камень стен и брусчатки, как вырезан каждый кокошничек, каждый крест над куполом!

И при этом все это выглядит органично, различимо, ну или — «пейзажно», не сваливаясь в кучу. Вторая особенность, которая обращает на себя внимание в подобных работах, заметная еще с этой модели, это — объем. Нынче выходит много часов, сюжетных, на циферблате которых могут разворачиваться какие-то действия, однако они — плоские, «условные».

В случае Tsedro художественная перспектива продумана, и объем достигается как «формальными» способами, так и непосредственно творческими.

Особую роль в таких часах играет скелетонизация в нужном месте: просвет добавляет этим картинкам воздуха, настоящего неба, а потому и выглядят они натурально. Далее мы видим, как первый план оказывается чуть светлее, а задний чуть темнее, ну и, конечно, мы видим, как облака наезжают друг на друга…

И самое трудное: всего этого нужно добиться на очень тонкой пластине, которая станет циферблатом часов. Иными словами, визуальная глубина здесь превосходит реальную толщину в сотни раз!

Живые часы

Интересной особенностью часов становится и то, что они воспринимаются динамично. Здесь вновь «хитрость» со скелетоном оправдывает себя на 100%. Когда смотришь на модель, начинается казаться, что облака — не застывшая гравировка, будто они реально плывут по небу.

Это визуальный эффект, который возникает из-за той самой «воздушной перспективы». Иллюзия создается уже за счет подвижных деталей самого калибра, и где-то в глубине видно, как шевелится анкерный спуск или дрожит баланс, но они вдалеке, как бы волнуются на ветру, превращаясь в какие-то отдаленные пейзажные элементы:

Композиция

Многие приемы этих часов уже были знакомы, и хотя то, что в этой модели они доведены до высшего уровня, не могло бы заставить посвятить часам этот панегирик. Но есть одна деталь, которая раньше (во всяком случае мне) не попадалась.

В часах Tsedro всегда стремились «срастить» механизм с сюжетом, и калибры буквально терялись в моделях, подыгрывая основной истории. Тем не менее, и особенно в ранних моделях, иногда изображение брало верх. Здесь же мастера просчитал все до миллиметра, и нужно обязательно посмотреть, как элегантно это сделано.

Взгляните, куда попал часовой рубин на Спасской башне:

Да, он четко вписан в Куранты. Эта идея «часов в часах» не раз исполнялась в моделях ателье, но тут она доведена до очень интересной «коллаборации», когда часть современного действующего механизма воплощена как главные действующие часы страны.

С обратной стороны

Несмотря на то, что бренд Tsedro по-прежнему в статусе «Ателье», работа с механикой часов здесь на грани мануфактурности. То, как переработан и собран механизм (здесь это швейцарский калибр 6497 с ручным заводом), делает его уже собственным, и я думаю, даже родная ETA его просто банально не узнает:

По сути, здесь полностью авторская платина, и хотя ее схема угадывается, все же по факту — это больше фирменная работа, чем «отделка калибра». Под крышкой мы смотрим как бы с Софийской набережной на соборную площадь, однако здесь уже больше условности и эмблематичности. Здесь уже «символы Москвы», нежели реальный город, хотя многие элементы тут переданы с не меньшей достоверностью: во всяком случае рябь воды вы отличаете от камней.

Корпус часов

Модель поместили на этот раз в золотой корпус, который тоже можно расценивать как метафору «златоглавости», и он хорошо обрамляет этот сюжет, сочетаясь по цвету. Картинка получается цельной.

Стрелки и метки часов контрастируют, их видно, и они в свою очередь согласуются между собой, но при этом не отвлекают от основного рисунка. В общем, модель вышла действительно исключительной по всем параметрам, отчего и выставлена как музейная работа.