Не можно. Хоть вы трижды всё прочитали, вы не имеете права говорить за него.
.
Это в СВО что-ли?
Не только. Вообще, настоящих сверхманевренных истребителей в мире нет. Есть истребители реализующие элементы сверхманевренности. И они провели до чёрта тренировочных боёв, учений, редфлагов, симуляций и прочей святотени. Бились на равных и не на равных, с внешним целеуказанием и без, с ракетами и только на пушках. И результатом всех этих битв оказалось то, что сверхманевренные истребители не строит никто. Во-первых, среднестатический лётчик не выдерживает того, как может маневрировать современный самолёт. А во-вторых, то как может маневрировать современный самолёт не спасает его от современых ракет.
СВО не является борьбой на равных
Я уже давно слышу про некий конфликт, когда будут биться на равных, этакий Рагнарёк, но его всё нет и нет. Впрочем, всё равно это не аргумент, потому что от сверхманевренности отказались прежде всего потому, что сама концепция порочна. Нельзя в воздухе терять скорость и энергию — ты сразу станешь мишенью.
1974 год. В Тункинской долине, в урочище Бадары, установили первый антенный пост. С него зародилась радиоастрофизическая обсерватория иркутского Института солнечно-земной физики (ИСЗФ) СО РАН. Спустя 50 лет антенный пост по-прежнему находится в рабочем состоянии, но в качестве музейного экспоната.
Старых антенн было 256, новых — 528.
Про сечение захвата слышали? Размеры ядра гелия и урана 238 сравнивали? Про радиоактивные изотопы гелия что-нибудь слышали?
Если нет, то просто поверьте учёным на слово: гелий не станет радиоактивным в активной зоне реактора.
Александр Иванович первым бы и начал шатать устоявшиеся постулаты на соответствие времени.
Это он вам лично сказал, или вы уже не знаете, как подкрепить ваши заблуждения? Александр Иванович когда пересел с Аэрокобры на МиГ-15 делал всё то же самое: «Высота – скорость – маневр – огонь!»
.
Глупости, боевые обстоятельства разные бывают. И лучше быть готовым на них гибко реагировать, чем всегда действовать по одной кальке (этому и учил Покрышкин).
Если вы в боевой ситуации будете вместо того, чтобы залечь на землю вертеть сальтухи, танцевать гопак и всячески показывать свою гибкость, то отсрочите свою смерть на то время, пока снайпер не успокоится от смеха. И всё.
А настоящие боевые пилоты уже попробовали вашу сверхманевренность, и на учениях, и в бою, и их вердикт: нуйвонах.
И настоящая глупость — спорить с ними.
Выполнить боевой разворот на обнаруженного противника (чем раньше развернёшься, тем быстрее догонишь)
В теории. На практике все суперманевры с углами атаки больше 20 градусов, здорово тратят скорость. И в итоге, если развернуться не теряя скорости догонишь быстрее.
Сперва это узнали индусы, потом американцы, а потом и ВКС РФ.
.
Или наоборот спастись резким противоракетным манёвром.
Тоже нет. Современные ракеты умеют противодействовать таким выкрутасам.
.
Поэтому из всех элементов сверхманевренности на современных истребителях остался только управляемый вектор тяги и то не на всех, и только для повышения безопасности пилотирования.
Могло помочь против старых ракет. А современные имеют широкое поле обзора — более 120 градусов, газодинамическое управление и могут маневрировать с гораздо большими перегрузками, чем самолёт.
— Я сидел в кабине и откровенно зевал, совершенно, не зная чем бы себя занять. Мы уже с полчаса летели с курсом 90 градусов на самом удобном для нас режиме по скорости и высоте. Где-то впереди на малых высотах навстречу нам должны были лететь мишени, разбросанные по фронту на 50 км. Эфир был пуст. Ощущение, что ты один в бескрайнем небе". «Не беспокойся, ты не один, — усмехнулся я сам себе, — сзади штурман работает. Уж ему-то не до „дураков“ сейчас». Все же не выдерживаю и нажимаю кнопку внутренней связи:
— Коля, мне надоело спать, скажи как у тебя дела? Что делаешь?
— Сплю, — услышал тихий голос штурмана Н.Волкогонова
— Хорошее дело! — воскликнул я в удивлении, — Оба спим, а кто же работает?
— «Заслон» работает, в автомате. Пока сидим и ждем.
— Осматриваю еще раз пульт вооружения. Все включено, Ракеты готовы к пуску. Еще пять минут общего молчания. Вдруг на стекле (индикатор на фоне лобового стекла) появилась метка цели, сигнал «Атака» и шкала дальности.
— Первая — наиболее опасная — слева под 30, работай, командир, — слышу голос своего штурмана.
Доворачиваю самолет, «накладываю» прицельное кольцо на метку цели и туту же вхожу в зону пусков. Пошла, родная! Сразу после схода ракеты появляется метка второй цели справа. Энергичный разворот. Чтобы удержать кольцо на цели, перехожу в пикирование. До цели 40 км. Начало зоны пусков с 30 км. В запасе семь-восемь секунд, можно проконтролировать двигатель. «Значит следующие две еще менее опасные, значит, у меня будет время на маневры», — спокойно рассуждаю я, и пускаю вторую. Через двадцать секунд все было кончено.
— Командир, все четыре сбиты, поворачиваем домой, здесь нам делать больше нечего, — слышится в наушниках довольный голос Николая.
— Да, — отвечаю, — все так просто, что даже противно.
Не можно. Хоть вы трижды всё прочитали, вы не имеете права говорить за него.
.
Не только. Вообще, настоящих сверхманевренных истребителей в мире нет. Есть истребители реализующие элементы сверхманевренности. И они провели до чёрта тренировочных боёв, учений, редфлагов, симуляций и прочей святотени. Бились на равных и не на равных, с внешним целеуказанием и без, с ракетами и только на пушках. И результатом всех этих битв оказалось то, что сверхманевренные истребители не строит никто. Во-первых, среднестатический лётчик не выдерживает того, как может маневрировать современный самолёт. А во-вторых, то как может маневрировать современный самолёт не спасает его от современых ракет.
Я уже давно слышу про некий конфликт, когда будут биться на равных, этакий Рагнарёк, но его всё нет и нет. Впрочем, всё равно это не аргумент, потому что от сверхманевренности отказались прежде всего потому, что сама концепция порочна. Нельзя в воздухе терять скорость и энергию — ты сразу станешь мишенью.
Там до этого стоял другой прибор — на 256 антенн. Ещё советских.
Старых антенн было 256, новых — 528.
В статье нет такой фразы. Это вы натянули.
.
84 антенны против 528. Всё-таки, да — единственный в мире прибор для фундаментальных исследований Солнца
Реклама чего?
Я могу под сотню не социалистических стран назвать, которые живут хуже этих трёх
Если нет, то просто поверьте учёным на слово: гелий не станет радиоактивным в активной зоне реактора.
Это он вам лично сказал, или вы уже не знаете, как подкрепить ваши заблуждения? Александр Иванович когда пересел с Аэрокобры на МиГ-15 делал всё то же самое: «Высота – скорость – маневр – огонь!»
.
Если вы в боевой ситуации будете вместо того, чтобы залечь на землю вертеть сальтухи, танцевать гопак и всячески показывать свою гибкость, то отсрочите свою смерть на то время, пока снайпер не успокоится от смеха. И всё.
А настоящие боевые пилоты уже попробовали вашу сверхманевренность, и на учениях, и в бою, и их вердикт: нуйвонах.
И настоящая глупость — спорить с ними.
И именно поэтому от сверхманевренности отказываются в бою. Она ведёт к потере скорости и ухудшает шансы увернуться от ракеты.
В теории. На практике все суперманевры с углами атаки больше 20 градусов, здорово тратят скорость. И в итоге, если развернуться не теряя скорости догонишь быстрее.
Сперва это узнали индусы, потом американцы, а потом и ВКС РФ.
.
Тоже нет. Современные ракеты умеют противодействовать таким выкрутасам.
.
Поэтому из всех элементов сверхманевренности на современных истребителях остался только управляемый вектор тяги и то не на всех, и только для повышения безопасности пилотирования.
— Коля, мне надоело спать, скажи как у тебя дела? Что делаешь?
— Сплю, — услышал тихий голос штурмана Н.Волкогонова
— Хорошее дело! — воскликнул я в удивлении, — Оба спим, а кто же работает?
— «Заслон» работает, в автомате. Пока сидим и ждем.
— Осматриваю еще раз пульт вооружения. Все включено, Ракеты готовы к пуску. Еще пять минут общего молчания. Вдруг на стекле (индикатор на фоне лобового стекла) появилась метка цели, сигнал «Атака» и шкала дальности.
— Первая — наиболее опасная — слева под 30, работай, командир, — слышу голос своего штурмана.
Доворачиваю самолет, «накладываю» прицельное кольцо на метку цели и туту же вхожу в зону пусков. Пошла, родная! Сразу после схода ракеты появляется метка второй цели справа. Энергичный разворот. Чтобы удержать кольцо на цели, перехожу в пикирование. До цели 40 км. Начало зоны пусков с 30 км. В запасе семь-восемь секунд, можно проконтролировать двигатель. «Значит следующие две еще менее опасные, значит, у меня будет время на маневры», — спокойно рассуждаю я, и пускаю вторую. Через двадцать секунд все было кончено.
— Командир, все четыре сбиты, поворачиваем домой, здесь нам делать больше нечего, — слышится в наушниках довольный голос Николая.
— Да, — отвечаю, — все так просто, что даже противно.
Если для вас безопасность это сомнительное преимущество, то вам к доктору.
Гугли «время выхода на рубеж пуска». А ещё лучше — иди в армию — посмотри как оно в реальности, а не в компутерных стрелялках.