Вобла, коньяк и борщ в тюбике: почему меню Гагарина не уступало современному ресторану

Вы тоже думали, что еда космонавтов — это какая-то безвкусная белковая паста? Ну, знаете, как в фантастических фильмах: нажал кнопку, выдавил серую массу, проглотил, полетел дальше. Романтики ноль. А тут я наткнулась на реальный рацион первых советских космонавтов. Оказалось, что Гагарин и его коллеги питались на орбите так, как не каждый из нас питается в отпуске. Суп харчо, осетрина, пожарские котлеты, коньяк… Серьезно, коньяк? Это не шутка и не байка. Это — результат грандиозного научного эксперимента, где каждая калория и каждая крошка имели значение. Почему рацион был именно таким, и какие инженерные головоломки пришлось решить, чтобы обычный борщ смог полететь в космос? Разбираемся.

Крошки — враги космонавта

Проблема космической еды — не вкус, а физика. В невесомости любая крошка не падает на пол, а превращается в крошечный снаряд, который летает по кораблю, пока не попадет кому-нибудь в глаз или не закоротит важный прибор. Поэтому первое, от чего отказались разработчики, — это любая рассыпчатая еда. Бутерброды, печенье, вафли — всё под запрет.

Чтобы понять, что можно есть, а что нельзя, будущие космонавты проходили через настоящие гастрономические испытания. Их кормили в сурдокамерах, барокамерах и даже на борту самолета Ту-104А, который по параболической траектории создавал кратковременную невесомость. Естественно, по итогам каждого такого эксперимента испытатели составляли подробные рапорты, и эти документы — настоящее золото для исследователя. В одном из них с абсолютно деловым видом описывается, как во время теста в невесомости от ложки оторвался кусок колбасного фарша и отправился в свободное плавание по кабине. Вывод, достойный космонавта: «Надо было пользоваться вилкой». Только представьте эту картину: серьезные люди, будущие покорители космоса, гоняются с вилкой за куском колбасы. Именно из-за таких вот «мелочей» и родился гениальный костыль — микробуханки хлеба. Каждую можно было положить в рот целиком, не откусывая.

Ресторанное меню в алюминиевой упаковке

Когда с физикой разобрались, советские диетологи устроили настоящий пир на весь мир. Судите сами: в меню входили не только привычные борщ украинский и пожарские котлеты, но и блюда, достойные хорошего ресторана — свинина в кисло-сладком соусе, куриное мясо с черносливом и судак по-польски. А на закуску, чтобы космонавт совсем не заскучал, предлагалась вобла и даже осетрина! На десерт можно было выбрать шоколадный соус или джем.

Зачем такое разнообразие? Во-первых, психологический комфорт. Одно дело — лететь в железной коробке в неизвестность, другое — делать это, зная, что на обед у тебя будет любимый борщ. Во-вторых, аппетит. В невесомости вкусовые рецепторы работают иначе, и привычная еда помогает бороться с этим. Юрий Гагарин, например, для своего 108-минутного полета лично выбрал щавелевое пюре с мясом, мясной паштет и шоколадный соус.

Коньяк для Гагарина: шутка, вышедшая из-под контроля

А теперь про алкоголь. История с коньяком вообще анекдот, ставший реальностью. Во время подготовки Гагарин в шутку предложил взять на борт немного спирта — «для растирания», если придется приземлиться в Сибири. Ему, конечно, отказали: спирт в атмосфере чистого кислорода — это бомба. Тогда Гагарин, не растерявшись, ляпнул: «Ну тогда хоть коньячку!»

И что вы думаете? Шутку восприняли всерьез. В аварийный запас рядом с его креслом действительно положили маленькую фляжку коньяка. Он, конечно, не пригодился, но сам факт поражает. Правда, позже от этой практики отказались: трезвый ум и бдительность на орбите оказались важнее.

Как видим, история космической еды не про тюбики, а про невероятную изобретательность советских ученых и технологов, которые в условиях тотальных ограничений пытались сделать жизнь в космосе чуточку вкуснее и человечнее. И, честно говоря, у них это получилось.

Материал создан на основе открытых данных Музея Космонавтики и архивов Роскосмоса.