Прозрачная рыба Байкала, которая не мечет икру: что известно о голомянке

Когда говорят о рыбе с Байкала, первым почти всегда вспоминают омуля. Тут всё понятно: его ловят, коптят, продают туристам, про него рассказывают на экскурсиях. А голомянка почему-то обычно остаётся где-то в стороне. Хотя именно она, если присмотреться, куда страннее. Не вкуснее и не красивее, а страннее. Сначала кажется: прозрачная мелкая рыбка, ну и что. А потом выясняется, что у неё нет чешуи, нет плавательного пузыря, зато в теле много жира. Она не уходит на нерест в реки, не строит гнёзд на дне и не мечет икру так, как мы обычно представляем у рыб. Голомянка вымётывает в воду уже сформированных личинок. И после этого она уже не выглядит просто очередной байкальской рыбкой.

Не одна, а две

На самом деле голомянка — не один вид, а два близких байкальских вида: большая голомянка и малая голомянка. И обе живут только в Байкале. Не «в основном в Байкале», не «часто встречаются там», а только там. Поэтому вся её странная анатомия не выглядит случайной. Эта рыба приспасоблена под конкретное место: холод, глубину, давление и жизнь в толще воды, а не возле берега.

Вот хотя бы плавательный пузырь. У обычной рыбы он помогает держаться в воде. У голомянки его нет. Вероятно, при постоянных перемещениях по глубине такой пузырь был бы скорее проблемой: давление меняется, газ внутри сжимается и расширяется. Вместо этого у неё много жира, он частично помогает с плавучестью. Странно? Да. Но в Байкале, видимо, иначе и не надо.

Откуда взялась байка про жир и почти прозрачное тело

Про голомянку часто рассказывают одну странную вещь: будто она на солнце чуть ли не тает и оставляет после себя жирное пятно и скелет. Звучит красиво. Прямо готовая байкальская байка для экскурсии. Но буквально это, конечно, лучше не понимать. Хотя совсем на пустом месте история тоже не появилась. Жира в теле голомянки действительно много. Из-за этого мёртвая рыба может не тонуть, а всплывать. Да и выглядит она не как привычная речная рыба: светлая, нежная, почти прозрачная. Не та плотная рыба, которую представляешь, когда слышишь слово «рыба».

С прозрачностью тоже всё не ради красоты. У живой голомянки тело настолько светлое, что через него иногда просматриваются внутренние ткани. Чешуи нет. Брюшные плавники почти исчезли. Зато грудные плавники длинные и заметные. И вот тут снова видно, насколько она странно устроена. У неё как будто убрали всё, что мешало бы жить в открытой воде Байкала, и оставили только то, что действительно нужно.

Живёт не у берега

Голомянка не живет рядом с берегом, среди камней и прозрачной воды. Её обычная среда — толща Байкала, в том числе большие глубины, где темно, холодно и давление уже совсем другое. Для пресноводной рыбы это непростые условия. При этом голомянка не всё время держится на одной глубине: она может подниматься выше, особенно во время кормления. Поэтому это не та рыба, которую легко увидеть случайно, просто стоя у воды или заглядывая между прибрежными камнями. Она вроде бы есть в озере в большом количестве, но для человека остаётся почти невидимой.

Питается она довольно просто: в основном мелкими ракообразными, в том числе эпишурой и макрогектопусом, а также молодью голомянок. Никакого образа крупного хищника тут нет. Но для Байкала голомянка всё равно важна: ею питаются другие рыбы, а ещё она входит в рацион байкальской нерпы.

Получается любопытно. Многие знают голомянку только по истории о том, что она якобы «тает» на солнце. В руках её почти никто не держал, на рынке её не встретишь, туристической рыбой она не стала. Но в жизни самого озера она занимает куда более заметное место, чем может показаться со стороны.

Почему её не ловят как омуля

Голомянки в Байкале много, но промысловой рыбой вроде омуля она так и не стала. И дело не только во вкусе. Просто ловить её неудобно. Она не ходит плотными косяками у берега и не держится там, где человеку проще поставить сети. Голомянка живёт в толще воды, часто уходит глубоко, распределяется по огромному объёму озера. То есть рыба есть, но добраться до неё не так просто.

Поэтому голомянка осталась скорее частью внутренней жизни Байкала, чем рыбой для рынка. Её значение не в том, что она попадает на стол человеку, а в том, что через неё держится часть пищевой цепочки озера.

Итого

Голомянка не стала такой известной, как омуль. Её почти не видят у берега и не покупают как привычную байкальскую рыбу. Но именно в ней хорошо видно, насколько необычно устроена жизнь Байкала: полупрозрачное жирное тело, отсутствие плавательного пузыря и потомство, которое появляется не в виде привычной икры. Это не рыба для туристической картинки. Скорее тихое напоминание о том, что Байкал сложнее, чем кажется с берега.