Обзор сериала «Городок» — Альфред Молина и компания против диктатуры вечной молодости

Стриминговые платформы в последнее время напоминают отчаявшихся кулинаров: если какое-то блюдо однажды принесло им успех, они будут пытаться воспроизвести его вкус, даже если из свежих продуктов осталась только сморщенная свекла. Братья Даффер, чьи имена стали синонимом подростковой тоски по восьмидесятым, на этот раз решили зайти с козырей, которые обычно приберегают для очередей в собес или аптеку.

Предупреждение: в обзоре присутствуют спойлеры.

Перед нами восемь эпизодов того, что маркетологи услужливо окрестили ««Очень странными делами» для пенсионеров», хотя это сравнение столь же лениво, как попытка назвать любую машину с четырьмя колесами каретой. Сюжет разворачивается в идиллическом, на первый взгляд, поселке для пожилых людей в пустыне Нью-Мексико, где жизнь течет медленно, как патока, пока местные обитатели не обнаруживают, что их уютные домики — вовсе не пристанище для заслуженного отдыха, а кормушка для чего-то древнего и крайне несимпатичного. Главный герой, Сэм Купер, приезжает в это «солнечное гетто» в состоянии глубочайшей депрессии после смерти жены, и его личное горе становится тем самым камертоном, который позволяет услышать фальшивые ноты в симфонии местного благополучия.

Скорбь как входной билет в потустороннее

Наблюдать за Альфредом Молиной — удовольствие особого рода, сравнимое с дегустацией выдержанного напитка. Его Сэм не пытается казаться героем; он всего лишь ворчливый вдовец, который хочет, чтобы его оставили в покое с воспоминаниями и старым проигрывателем. Однако архитектура этого «идеального мира» сама выталкивает его из зоны комфорта: здесь нет прямых углов, всё круглое и обтекаемое, словно создатели поселка пытались построить огромный пузырь, из которого невозможно выбраться. Ирония судьбы заключается в том, что именно душевная надломленность Сэма делает его восприимчивым к сообщениям от «Матери» — существа, томящегося под землей.

Его видения умершей жены Лили — не просто галлюцинации убитого горем человека, а способ связи с существом, которое так же заперто во времени, как и сам Сэм. Это тонкий психологический ход: вместо того чтобы пугать нас резкими звуками из-за угла, авторы давят на страх одиночества и невосполнимой утраты. Когда Сэм слышит фразу «сова в стенах» от безумного соседа, становится ясно: это не бред сумасшедшего, а горькая правда о том, как система объявляет нестабильным любого, кто заметил трещину в красивом фасаде. Это классическая ситуация, когда в очереди в поликлинику вам говорят, что ваши жалобы — «просто возраст», хотя у вас в спине уже торчит нечто потустороннее.

Диета на спинномозговой жидкости и административный восторг

Монстры в «Городке» не стремятся поработить человечество — их запросы куда прозаичнее и гаже. Они питаются спинномозговой жидкостью жителей поселка, причем делают это через вытяжки и духовки, проникая в дома по ночам. Самое жуткое здесь даже не сам процесс, а то, как симптомы этого «кормления» — путаница в мыслях и потеря памяти — идеально маскируются под обычное старение. Это блестящая метафора общества, которое списывает пожилых людей со счетов: если человек начинает заговариваться, никто не пойдет проверять вентиляцию — все лишь сокрушенно покачают головой.

За всем этим безобразием стоят Блейн и Аннелиза Шоу — администраторы от бога и чудовища по совместительству. Они превратили естественный цикл жизни существа в прибыльный бизнес по производству эликсира бессмертия. Их злодейство не крикливое — оно аккуратное, вежливое и упакованное в медицинские термины и заботливые улыбки. Это пугает гораздо сильнее любых когтей: осознание того, что тебя эксплуатируют те, кому ты доверил свою старость, превращает научную фантастику в остросоциальную драму о капитализме, готовом выжать из человека всё до последней капли.

Актерский ансамбль

Если бы не актерский состав, этот сериал легко мог бы скатиться в категорию второсортных поделок. Но когда на экране появляются Джина Дэвис на красном кабриолете и Денис О'Хэр, рассуждающий о раке так, будто это легкий насморк, градус доверия к происходящему резко возрастает. Уолли в исполнении О'Хэра — персонаж трагический: его решение принять предложение Блейна и выпить эликсир продиктовано не жадностью, а желанием жить и помогать другим. Это не предательство в чистом виде, а слабость человека перед лицом небытия, что делает его куда более живым, чем картонных героев типичных боевиков.

Интересно, как создатели играют с нашими ожиданиями: мы ждем, что старики окажутся кроткими, а вместо этого получаем команду смельчаков, которая проводит вскрытия в похоронном бюро и строит ловушки из старых телевизоров. Сцена, где Сэм исполняет песню Брюса Спрингстина, чтобы отвлечь охрану, одновременно и нелепа, и величественна. Это бунт против навязанной роли «доживающих свой век», доказательство того, что страсть не имеет срока годности.

Финал, пахнущий озоном и несправедливостью

Развязка истории приносит освобождение, но оно горчит. «Мать» оказывается не агрессором, а жертвой, которая десятилетиями томилась в неволе, служа батарейкой для кучки самозваных бессмертных. Ее решение уйти, уничтожив при этом Блейна и всё его порочное наследие, выглядит не как победа добра, а как акт милосердия к самой себе. Момент, когда она исцеляет раненую Джуди перед финалом, становится высшей точкой гуманизма в сюжете, где люди вели себя как звери, а монстр — как святой.

Однако авторы не были бы собой, если бы не оставили намек на продолжение. Странное мерцание в зеркале, когда Сэм видит свое отражение искаженным, словно в старом телевизоре, напоминает: из такой переделки нельзя выйти прежним. Возможно, он впитал часть силы «Матери», а может, его связь с иным миром теперь не разорвать никакими лекарствами. «Городок» — качественное, местами язвительное, но глубоко человечное произведение, напоминающее, что самое страшное — не инопланетянин под кроватью, а равнодушие тех, кто живет с вами на одной лестничной клетке.