Почему перестали ловить вторую по численности рыбу Азовского моря — и где здесь логика?

Вы когда-нибудь слышали об атерине? Нет, не о хамсе, не о тюльке и даже не о бычке — эта рыбка мельче, скромнее и молчаливее. Её редко упоминают в новостях, не ловят ради спортивного азарта, не продают на развес в рыбных рядах. А между тем — она до сих пор жива и численна. Настолько, что занимает второе место по количеству среди всех обитателей Азовского моря. Но мало кто вообще знает о её существовании, а те, кто помнит — чаще всего называют её по-старинке: песчанка.

Как выглядит «невидимая» рыба

Атерина — лучепёрая рыба семейства атериновых. Внешне — ничего особенного: тонкое тело до 12 сантиметров длиной, почти прозрачные плавники, зеркальные бока. Эти боковые чешуйки отражают цвет морского дна, из-за чего рыба буквально сливается с фоном. Потому и называют её «песчанкой» — будто растворяется в песке.

Именно благодаря этой маскировке атерина десятилетиями оставалась незаметной — даже для тех, кто жил рядом с ней. Она не привлекает взгляда в воде, не блестит, как хамса, не плещется, как ставрида. Скромная, тихая, но живучая.

А ещё — невероятно жирная. По содержанию омега-3 жирных кислот, витамина D и кальция атерина опережает многие более крупные и дорогие виды рыб. Однако знали об этом далеко не все, пока не пришла война.

Как атерина спасала от голода

В годы Великой Отечественной войны в прибрежных районах Азовского и Черного морей наступили времена, когда еды не было вовсе. Особенно в 1942-1943 годах, когда отрезанные от поставок посёлки выживали как могли. Тогда и пригодилась песчанка. Атерина держится вблизи берега, особенно весной и летом, и её можно было ловить даже без лодки. Дети шли на мелководье с сачками, авоськами, а то и просто с руками в воде. Майки превращались в сети, а тазики в спасательные ёмкости. Рыбу ели целиком. Иногда сушили, иногда жарили, но чаще всего — просто варили. Из вытапливаемого жира делали не только пищевое масло, но и свет: наливали в лампы-каганцы, поджигали фитиль и вот уже дом освещён.

По воспоминаниям очевидцев, именно атерина помогла выжить многим семьям. В голодные месяцы она стала главным источником белка, жира и тепла. Не осётр, не кефаль, не судак — а вот эта неприметная мелочь, о которой потом все забыли.

Советская песчанка

После войны лов атерины стал систематическим. В СССР она имела вполне официальное значение: её добывали тоннами, отправляли в переработку на корм животным, делали из неё рыбную муку, использовали в прудовом хозяйстве для откорма промысловых видов. В некоторых районах её ловили вручную и даже на поплавочную удочку — по весне, когда она шла косяками у берега.

Промышленный лов не приносил больших прибылей, но был регулярным. Для прибрежных рыбхозов это был доступный и удобный ресурс. Правда, ценили его не за вкус, а за массовость и питательность.

Почему теперь её не ловят

На первый взгляд, странно: рыба есть, численность стабильная, биомасса — огромная, а ловля почти сошла на нет. Почему? Причин несколько — и все прозаичны.

Во-первых, вкус. Атерина не обладает выраженным вкусом. Мясо у неё сероватое, слегка водянистое. По сравнению с хамсой, мойвой или тем более ставридой — проигрывает. В жареном виде она съедобна, но без изысков. В сушке — жёстка. А чтобы сварить уху, нужно килограммами собирать мелочь, и всё равно вкус получится скудным.

Во-вторых, размер. В среднем — 10-12 см, вес — около 15 граммов. То есть чтобы получить килограмм сырья, нужно около 60 штук. Атерину можно есть целиком, с костями и головой, но это подходит далеко не всем. А чистить — неудобно. Одна-две сковородки — да. Промышленный улов — нет.

В-третьих, рынок. Современный потребитель избалован. На полках — лосось, скумбрия, кальмары, хек, семга. Кто будет покупать неизвестную мелочь, да ещё с костями и нейтральным вкусом? Ни в супермаркет, ни в ресторан — её обычно не берут. А на базарах спрос минимальный.

В-четвёртых, логистика. Чтобы атерину продавать массово, нужно иметь налаженную цепочку быстрой заморозки и транспортировки. Это окупается только при очень больших объёмах и готовом рынке. А сейчас — ни того, ни другого. Ловить невыгодно.

Итого

Сегодня атерину ловят только единицы — те, кто знает. Кто помнит её вкус и ценит за ностальгию. В селах её ещё можно встретить у стариков на сковородке, а дети о ней не слышали вовсе. При этом она никуда не исчезла. Она до сих пор идёт косяками вдоль берега, светится в воде, как ртуть, и сливается с песком, спасая себя от хищников и от… людей. Ирония: то, что сделало её невидимой для врагов, сделало её невидимой и для потомков. Хотя, возможно, не всё потеряно. В соцсетях всё чаще звучат голоса, что этой рыбе пора поставить памятник — как символу выживания. Или хотя бы вернуть её в кулинарные традиции. Сделать из неё бренд, местную достопримечательность — не хуже бычка в том же Бердянске.