Необычные истории краха 7 технологических гигантов: они потеряли всё

Пожалуй, самая хрестоматийная история, которая повторялась десятки раз и, уверен, повторится ещё сотни. Radio Corporation of America (RCA) когда-то была настоящим монстром индустрии, владевшим стратегическими патентами и ресурсами, сделавшими её де-факто монополистом на рынке радио и телевидения. Представьте себе масштаб: 90% цветных телевизоров производилось RCA, вещание обеспечивалось инфраструктурой RCA, и даже контент на каналах создавался под эгидой RCA. Они же делали проигрыватели для грампластинок и сами пластинки, бытовую технику и очень много чего сверх того.

Но на этом моменте фирма, кажется, решила, что открыла чит на бесконечные деньги. Вместо того чтобы сначала накопить резервы потолще, RCA начала тратить на НИОКР больше, чем могла себе позволить, в надежде найти вторую «золотую жилу». Результат? По мере истечения патентов компания утратила своё превосходство и внезапно обнаружила, что денег нет, держаться надо, а обещанную «новую золотую жилу» инженеры предоставить тоже не могут.

Последней попыткой RCA вернуть былое величие стал запуск дискового видеоплеера SelectaVision. Но и здесь компанию подвело время — устройство появилось на рынке с опозданием где-то на пять лет. К тому моменту потребители уже выбирали между дешёвыми, хоть и не идеальными VHS-кассетами, и дорогими, но качественными Laserdisc. Для SelectaVision просто не осталось места.

Подробнее о «лебединой песне RCA» можно узнать на YouTube-канале «Technology connections», где автор погружается в детали технологии и рыночной ситуации того времени.

Составители подобных списков редко упоминают отечественные организации. А ведь у нас тоже была своя история взлёта и падения технологического гиганта, даже вопреки откровенно стагнирующему псевдосоциалистическому режиму. Конгломерат «Электроника» не просто обеспечивал электроникой 2/3 Союза — за ним числились инновации мирового масштаба.

Первые наручные электронные часы в мире, первый программируемый калькулятор в массовом производстве — и это лишь верхушка айсберга достижений «Электроники». Даже на 1991 год конгломерат оставался достаточно конкурентоспособным, отставая от лидеров индустрии всего на 10 лет. В ту эпоху это было не так критично из-за огромного технологического разрыва (для сравнения, AMD отставала от Intel на 5 лет).

К тому же, «Электроника» могла бы эксплуатировать дешёвый труд — не забывайте, это была эпоха, когда доктора наук яблоками торговали.

Что же пошло не так? Разрыв логистических цепочек. «Электроника» была всесоюзным конгломератом, и продолжать работу стало практически невозможно, когда самые передовые фабрики «Интеграла» остались в Беларуси (с крошечным и устаревшим резервом в Зеленограде), больше половины конструкторских бюро оказались отрезаны на Украине, а почти все конденсаторы делали в армянской ССР — это как пример, проблема куда глубже.

Если бы разделение Союза прошло по уму, без таможенных границ и с оставлением «Электроники» в статусе первой постсоветской транснациональной корпорации с национальными филиалами, а не растаскиванием трупа по своим углам — как знать, может быть, у нас был бы свой электронный гигант?

История SEGA — буквально хрестоматийный пример того, что басня про «лебедя, рака и щуку» появилась не на пустом месте. В данном случае в роли лебедя выступало японское подразделение компании, рака — американское, а щуки — несчастные инженеры, вынужденные претворять в жизнь буквально взаимно противоречащие приказы.

Японское руководство стремилось к инновациям и хотело создавать передовые консоли, не считаясь с затратами. Американцы же настаивали на удешевлении производства и ориентации на массовый рынок. В результате мы получили серию крайне неудачных игровых консолей на всё более наркоманских архитектурах. Sega 32X, Saturn, Dreamcast — каждая из этих платформ была попыткой угодить и тем, и другим, но в итоге не удовлетворяла никого. Включая игроков и, в особенности, разработчиков, уходивших со словами «я под ЭТО игры делать не буду, вы бы там поменьше сказочной трын-травы употребляли, что ли?».

Растраченные впустую деньги, потерянное доверие — казалось, фирма обречена на банкротство. Но им повезло: компания сумела перепрофилироваться и уйти в издательскую деятельность. Теперь SEGA — успешный издатель и разработчик игр, но былая слава производителя консолей утрачена навсегда.

История Commodore — не менее хрестоматийный пример того, что происходит, если технологической компанией начинают «рулить» люди с хлебушком в голове и дипломом MBA в руке. Commodore была пионером домашних компьютеров, создав такие легендарные машины, как Commodore 64 и Amiga. Ладно, Amiga они, по существу, купили, но без денег Commodore её бы не было.

Однако после смены руководства в конце 1980-х годов компания начала принимать всё более странные решения. Новые менеджеры, вооружённые бизнес-теориями, но не понимающие специфики технологического рынка, пытались применять стандартные бизнес-стратегии к уникальной индустрии персональных компьютеров.

Результатом стала серия ошибочных решений: отказ от развития линейки Amiga в пользу менее перспективных проектов, неудачные попытки выйти на рынок офисных ПК, игнорирование растущей угрозы со стороны IBM PC-совместимых компьютеров. Последней каплей стало решение выпустить игровую консоль CD32 — в тот момент, когда рынок уже был занят более привлекательными системами от Sega и Nintendo. Провал этого проекта окончательно подкосил финансы компании, и в 1994 году Commodore объявила о банкротстве, став ярким примером того, как даже самая инновационная компания может погибнуть из-за некомпетентного управления.

Если история Commodore показывает опасность управления технологической компанией чистыми «менеджерами», то пример Sinclair демонстрирует обратную крайность. Здесь мы видим, что может произойти, когда у руля стоит гениальный, но эксцентричный инженер.

Сэр Клайв Синклер был настоящим волшебником электроники, причем понимавшим важность удешевления продукта для коммерческого успеха — что уже выделяло его мышление на фоне, пожалуй, 90% других изобретателей. Он умел создавать невероятно дешёвые устройства, сохраняя при этом их базовую, минимально-необходимую функциональность. Его микрокомпьютеры ZX80 и ZX Spectrum стали настоящей революцией, сделав вычислительную технику доступной для миллионов — и впервые познакомив с феноменом ПК немалуя часть постсоветского пространства.

Но он же был и совершенно классическим «безумным учёным», пытавшимся дотянуть до релиза ВСЕ разработки, сколь бы абсурдными они ни были. Электрический трицикл C5, карманный телевизор размером с книгу, цифровые наручные часы Black Watch — всё это были технологически интересные, но коммерчески провальные проекты.

К тому же, Синклер часто перегибал палку в вопросах экономии. Все компьютеры бренда, например, имели клавиатуры настолько ужасного качества, что пользователи шутили о необходимости покупать вторую прямо в магазине. А постоянные задержки с выпуском новых моделей в попытках «спилить» ещё один фунт привели к тому, что конкуренты начали обгонять Sinclair в технологическом плане.

В итоге компания, подарившая миру доступные домашние компьютеры, не смогла удержаться на плаву. В 1986 году права на бренд Sinclair были проданы конкуренту — компании Amstrad.

На мой взгляд, Motorola — самый трагичный пример в подборке. Компания не делала чего-то фундаментально неправильного. Не было жуткого мисменеджмента, слишком авантюрных проектов и внешних факторов, даже резервы были накоплены, в отличие от той же RCA. Всё сделано, на мой колхозный взгляд, правильно. Просто… воплощение невезения, где с каждым проектом компании начиная со второй половины 80-х «что-то шло не так».

Линейка процессоров 68K, некогда доминировавшая на рынке, проиграла конкуренцию архитектуре x86. Попытка исправить ситуацию с помощью PowerPC также не увенчалась успехом.

В сфере мобильных телефонов Motorola тоже не смогла угадать тренд. Компания делала ставку на удешевление простых «звонилок», в то время как рынок стремительно двигался в сторону наращивания функционала, а не снижения цен. Легендарная RAZR на какое-то время вернула Motorola былую славу, но это был лишь временный успех.

Наконец, амбициозный проект спутниковой связи Iridium стал настоящим финансовым кошмаром для компании. Никто не мог предположить, что развитие наземных сотовых сетей будет происходить настолько стремительно, делая дорогую спутниковую связь неконкурентоспособной.

Просто… не повезло. И ещё раз. И ещё раз… В итоге, некогда могущественная Motorola была разделена на части и продана. Грустная история, на самом деле.

Nokia — ещё один хрестоматийный пример, на этот раз — железобетонной самоуверенности. Менеджмент компании раз за разом игнорировал сначала скрытый, а потом всё более явный запрос пользователей на смартфон. Всё больше людей выбирало продукты Nokia на Symbian, а к середине 2000-х стала резко расти доля смартфонов на Windows Mobile (например, в РФ просто «с ноги» зашел E-Ten/Glofiish) даже вопреки заградительной цене.

Но все тревожные звоночки в сторону «пользователь хочет больше фич, тачскрин и кастомные приложения вне лимитов J2ME» были, раз за разом, проигнорированы. Даже когда перемены начали стучаться в дверь кувалдой с выходом iPhone в 2007 году, Nokia продолжала настаивать на превосходстве своей экосистемы.

Двойная ирония в том, что они сами были пионерами термина «смартфон» и выпускали вполне передовые устройства вроде Nokia N95. Но, видите ли, «кнопочники» с J2ME давали большую маржинальность, а главное — под них уже были отлажены линии производства. А потому менеджмент с упорством, достойным лучшего применения продолжал считать, что «у нас всё под контролем», а рынок кнопочных телефонов ещё лет десять никуда не убежит. Убежал.

Когда наконец было принято решение о переходе на Windows Phone, было уже слишком поздно. Рынок был поделен между iOS и Android, а Nokia осталась ни с чем. В итоге, мобильное подразделение было продано Microsoft, а затем перепродано китайцам — на плаву остался только «телеком"-сектор компании.