Вот это действительно ценное дополнение! Юридическая рамка объясняет многое: почему жалобы на гибель крестьянок так долго оставались без движения, а дело сдвинулось только тогда, когда пострадали дворянки. Единственное, я бы не говорила, что король «в принципе не мог» вмешаться: расследование Турзо ведь шло по его приказу. И я бы осторожно относилась к предписаниям Вербёци как к описанию реальной практики: исследователи напоминают, что он писал скорее о том, каким право должно быть.
Даниил, спасибо за такие подробности, особенно про память о ней в самой Словакии: это то, чего не найти в книгах! Правда, как историк скажу честно: многие детали, например история с пажом и «уроки» мужа, известны только по поздним пересказам, и документов, которые бы их подтверждали, у нас нет. А вот «диагнозы» задним числом я бы оставила в стороне: у нас нет ни медицинских записей, ни свидетельств, которые не прошли бы через заинтересованное следствие. Но мне очень интересно другое: что именно в вашей семье рассказывали про девочек, которых отправляли к родственникам? Если не секрет, откуда пошла эта история?
Спасибо, это важная деталь! Пастор Магьяри действительно жаловался на графиню задолго до ареста, и это хорошо объясняет, почему дело всё-таки сдвинулось. Но вот что настораживает: показания о том, что нашли в замке при аресте, дошли до нас из следствия, которое вёл её родственник, возможно, заинтересованный в её имуществе. Именно поэтому в вердикте стоит вопрос.
А за ссылку на Википедию отдельное спасибо, прочитаю.
Спасибо за комментарий! Фраза действительно живёт в массовой культуре, в том числе в кино. Но в самой гробнице такой надписи не нашли, об этом и разговор в статье.
А за ссылку на Википедию отдельное спасибо, прочитаю.