EvgenIst

Тебя его насильно заставляют покупать? Или что? Что ты тут распинаешься, выкатывая свои бестолковые портянки?
«Лютый шим» (бредовое утверждение само по себе, учитывая количество чувствительных к ШИМ), малая скорость зарядки и батарея волнуют три с половиной калеки. Не нужно думать что в Самсунге сидят недалекие и ничего не понимают. И тут такой сетевой тролль и ноунейм пришел и все «объяснил».

Так уже. Ветром сдуло вместе с его портянками.

Почему SLS такая страшная? Словно её сварили из нефтяных бочек. Она такая же страшная, как и вся программа целиком.

Ваш ответ с вновь созданного аккаунта, полный инсинуаций, не добавляет вам аргументации, что делает дальнейшую полемику лишенной смысла. Советую вам признать поражение. В ином случае ваш новый аккаунт постигнет та же участь.
.
Ваш комментарий содержит политизированные обобщения, игнорирующие конкретные обстоятельства и стратегические цели развития России. Критика построена на абстрактных клише, а не на анализе реальных процессов и вызовов.
.
О «тотальной коррупции» и решаемых задачах
Утверждение, что «глубоко коррумпированная система фундаментально не способна эффективно решать практически никаких задач», опровергается практикой. Проблемы в отдельных сферах (как, например, историческая импортозависимость в авиастроении, требующая сейчас ускоренного перехода на отечественную технику) признаются и решаются в рамках системной работы. Государство выделяет значительные ресурсы (например, 119 млрд рублей на госпрограмму развития авиапромышленности на 2023-2025 гг.) и ставит конкретные цели (доведение доли российских самолётов в парке авиакомпаний до не менее 30% к 2030 году). Это свидетельствует не о «фунментальной неспособности», а о целенаправленном преодолении системных вызовов, часть из которых усугублена внешним санкционным давлением.
.
Ключевые задачи национальной безопасности и технологического суверенитета решаются консолидированно. Как отмечается, вся экономика проявила гибкость и устойчивость, работая в интересах фронта и демонстрируя способность к быстрой мобилизации. Успешное создание и боевое применение передовых систем вооружений, таких как гиперзвуковой комплекс «Кинжал», также противоречит тезису о тотальной неэффективности.
.
О «конкурентоспособных авиалайнерах и ракетоносцах»
Вопрос конкурентоспособности нельзя рассматривать в отрыве от геополитического контекста и целей.
.
Авиация: После введения беспрецедентных санкций и ограничений на поставки комплектующих ключевой задачей стала не абстрактная «конкурентоспособность» на глобальном рынке, а обеспечение технологического суверенитета и транспортной связности страны. Именно эту стратегическую задачу и решает отрасль сегодня.
.
Оборонные технологии: Разработка и развёртывание новейших систем вооружений, включая гиперзвуковые комплексы, прямо указывают на способность концентрировать ресурсы и компетенции для прорывных решений в критически важной сфере. Эти достижения признаются даже оппонентами и являются элементом сдерживания, обеспечивающим национальную безопасность.
.
О ведении войны и «эффективности государства».
Тезис о неспособности «воевать» не соответствует наблюдаемой реальности. Вооружённые Силы обрели колоссальный боевой опыт, повысили боевые возможности и технологичность. Экономика и общество мобилизованы для поддержки армии, что свидетельствует о координации и управляемости системы в условиях конфликта.
.
Сравнение с моделью США, где реформа отрасли привела к развитию сетецентрических возможностей, некорректно. Разные государства, исходя из своей истории, геополитического положения и угроз, выбирают различные пути обеспечения безопасности. Российская модель, сочетающая мобилизацию промышленности, развитие специальных средств сдерживания и общественную консолидацию, доказала свою эффективность в текущих условиях.
.
Таким образом, ваш комментарий подменяет анализ реальных, сложных и зачастую успешно решаемых проблем голословными политическими ярлыками. Российская государственная система в условиях внешнего давления демонстрирует способность к адаптации, концентрации на стратегических приоритетах и достижению поставленных целей в ключевых областях, таких как обороноспособность и технологический суверенитет. Вопросы эффективности и контроля, в том числе в таких специфических сферах, как ядерная политика, являются предметом профессионального обсуждения и эволюции внутри системы, а не доказательством её «фундаментальной несостоятельности».

Ваш очередной комментарий — образец опасного упрощенчества, которое, маскируясь под прагматизм, подменяет системный анализ ложными аналогиями и игнорирует суть государственного стратегического планирования.
.
О грубой ошибке в определении «задачи ракеты»
.
Ваше утверждение, что «задача ракеты — вывод ПН максимально надёжно и дёшево… независимо от обстоятельств» — это технократическая утопия, оторванная от реальности. В государственной стратегической отрасли задача ракеты — это выполнение конкретных государственных целей с учётом комплекса ограничений.
.
«Ангара-А5»: Её ключевая задача, заложенная в 1990-е, — обеспечение гарантированного независимого доступа России в космос с собственной территории после распада СССР и потери космодрома Байконур. Модульность конструкции решает задачу унификации и гибкости под широкий спектр государственных полезных нагрузок (от военных спутников до модулей орбитальной станции), а не минимизации стоимости на коммерческом рынке. Её успех измеряется выполнением планов ГОЗ и поддержанием космического суверенитета, а не ценой на условном «аукционе запусков».
.
Falcon 9: Его задача как продукта частной компании — завоевание и монетизация глобального рынка коммерческих и государственных запусков. Все решения, включая многоразовость, подчинены этой коммерческой эффективности. Сравнивать их — всё равно что сравнивать бронетранспортёр (созданный для гарантированного выполнения задачи в любых условиях, ценой высокой себестоимости) и грузовой фургон (созданный для минимизации стоимости перевозки товаров на конкурентном рынке). Это не «два инструмента для одной задачи», а инструменты для принципиально разных задач. Вам это понятно наконец?
.
О перспективной РН «Амур-СПГ» и вашем стратегическом дальтонизме
.
Самый яркий пример игнорирования контекста — полное умолчание о проекте «Амур-СПГ» в ваших комментариях. Этот проект — прямой и осмысленный ответ России на современные вызовы, а не слепое копирование по примеру Китая.
.
Адаптация, а не имитация: «Амур-СПГ» проектируется с учётом российских технологических и сырьевых реалий (природный газ в качестве топлива, двигатель РД-0169). Его частичная многоразовость — не цель «как у SpaceX», а средство достижения целевых показателей стоимости в рамках российской кооперации и логики развития отрасли. Это проект следующего поколения, в то время как «Ангара» решает задачи текущего технологического уклада. Игнорировать этот эволюционный путь — значит демонстрировать недальновидность.
.
О наивной вере в «прямую зависимость» и структурные реформы
.
Ваш тезис о прямой зависимости между дешевизной пуска и национальной безопасностью — опасная полуправда.
.
Безопасность — это не только масса на орбите: Национальная космическая безопасность обеспечивается триадой: надёжностью доступа, защищённостью спутниковых систем и способностью выполнять специфические задачи (разведка, связь, ПРО, предупреждение). Российская орбитальная группировка, включая аппараты «Глонасс», «Лиану», «Тундра», «Барс», оптимизирована под эти государственные специфические требования, а не под абстрактный «объём ПН». Дешёвый запуск тысяч коммерческих спутников Starlink — это модель для коммерческого доминирования и создания вспомогательной военной инфраструктуры, но не универсальная модель для всех аспектов национальной безопасности.
.
Слепое копирование реформ — путь к катастрофе: Структурная реформа в США стала возможна благодаря уникальному сочетанию: наличию гигантского частного капитала, ёмкого коммерческого рынка и NASA как «умного заказчика» с многомиллиардным бюджетом. Слепое копирование этой модели в России, где государство исторически является и заказчиком, и интегратором, и главным инвестором, привело бы не к прорыву, а к развалу кооперации и потере компетенций в условиях санкционного давления. Сохранение и модернизация собственной, пусть и менее эффективной в коммерческом смысле, производственной цепочки — это вопрос стратегической устойчивости, а не «консервации неэффективности».
.
О военном аспекте: сетецентричность не отменяет суверенитета
.
Ваш пассаж о сетецентрической войне верен по сути, но ошибочен в выводе, что только путь США ведёт к успеху в этой области.
.
Разные архитектуры безопасности: Развёртывание российской Единой космической системы (ЕКС) и развитие группировок специального назначения (разведка, целеуказание, связь) идёт по собственному плану, отвечающему доктринальным потребностям и возможностям оборонно-промышленного комплекса. Задача — не скопировать Starlink, а создать устойчивую, защищённую и управляемую систему для своих Вооружённых Сил. Доминирование на поле боя будущего будет определяться не только количеством спутников, но и качеством систем РЭБ, противоспутниковых возможностей и устойчивостью архитектуры к противодействию, где российские разработки имеют глубокий задел.
.
О разнице между коммерческим инструментом и стратегическим активом
.
Ваш комментарий страдает роковой подменой понятий: он рассматривает ракету как коммерческий инструмент, тогда как для государства — это стратегический актив и элемент системы безопасности.
.
Исторический контекст («Ангара» как ответ на вызовы 90-х), обстоятельства (санкции, необходимость импортозамещения) и цели (обеспечение суверенного доступа, выполнение специфических госзадач) — не «оправдания», а первичные, системообразующие факторы. Их игнорирование приводит к примитивным и ошибочным выводам.
.
Российская космическая программа, с её текущей опорой на «Ангару» и перспективой «Амур-СПГ», идёт собственным, обусловленным суверенной логикой путём. Он может быть менее эффективен в коммерческой парадигме, но он направлен на решение главной задачи: сохранение России как самостоятельной космической державы в условиях тотального внешнего давления. Предлагать в таких условиях «реформы по американским лекалам» — это не анализ, это стратегическая безответственность.

Нет, не так. Не говорить «правду», а набрасывать на вентилятор без малейшего намёка на конструктив. У вас и нет иной цели.

По факту. Никаких утешений.

Что такое «показушка»? Это то, что ты качаешь с торрентов под меткой 18+?
То есть любые планы и «дорожные карты» где бы то ни было — это «показушка». Ну, наверное, если ты перед Новым годом желал себе с Нового года взяться за голову и записал в дневник, то да, это «показушка».

Не видишь смысла платить в Пенсионный фонд, но будешь. Ты же не хочешь сказать, что законы соблюдать необязательно и уехать шить варежки, ведь так?

Ваш тезис о том, что «Ангара» — это плохая ракета по сравнению с Falcon, методологически неверен, так как сравниваются аппараты разных поколений и, что важнее, созданные для принципиально разных целей.
.
Разные цели и контекст создания: Семейство ракет «Ангара» разрабатывалось как ответ на геополитический вызов 1990-х годов для замены «Протона» и обеспечения независимого доступа в космос с российской территории. Её модульная конструкция решала задачи унификации и гибкости под нужды государства, а не коммерческой минимизации стоимости пуска. Falcon 9, напротив, с нуля проектировался частной компанией как коммерческий продукт для завоевания рынка.
.
Разная стадия жизненного цикла: Falcon 9 — это ракета, находящаяся в активной коммерческой эксплуатации с отлаженным производством. «Ангара-А5», особенно в контексте разворачивания программы на космодроме Восточный, проходит этап ввода в эксплуатацию и отладки инфраструктуры. Сравнивать их в одной плоскости — всё равно что сравнивать серийный электромобиль с опытным образцом нового грузовика.
.
Игнорирование исторического контекста и реальных ограничений.
Ваше утверждение об «упущенном шансе» для реформ в 1999-2014 гг. абстрактно и не учитывает реальных условий.
.
Объективные приоритеты: После кризиса 1990-х отрасль была сосредоточена на выживании и выполнении ключевых обязательств, таких как поддержка МКС. Финансирование, даже в лучшие годы, было несопоставимо с инвестициями в частную космонавтику США, которые подогревались крупными контрактами NASA в рамках программ Commercial Orbital Transportation Services (COTS) и Commercial Crew.
.
Отсутствие рынка для радикальных реформ: В России не существовало и не существует ёмкого коммерческого рынка запусков, сравнимого с американским, который мог бы стать драйвером для частных компаний масштаба SpaceX. Государственный заказ был и остаётся основным источником задач и финансирования. Поэтому прямая аналогия с США некорректна.
.
Спекуляции о коррупции vs. системные вызовы.
Выделение коррупции при строительстве космодрома Восточный как ключевой причины проблем отрасли — это упрощение.
.
Проблема не уникальна: Перерасход средств и задержки в гигантских инфраструктурных проектах — общемировая проблема (достаточно вспомнить историю с американской ракетой SLS или европейским Arianespace 6). Это вопрос сложности проектов и систем управления, а не уникальная российская черта.
.
Системный вызов — «инерция наследия»: Главный структурный вызов «Роскосмоса» — необходимость поддерживать громоздкую советскую инфраструктуру и кооперацию в условиях ограниченного бюджета. Эта «инерция наследия» — огромные затраты на содержание городов, заводов и устаревших, но ещё работающих производственных линий (как для ракет «Союз») — сковывает ресурсы для прорывных проектов в большей степени, чем отдельные случаи коррупции.
.
Роль государства: не «помеха», а основа.
Ваш тезис о том, что успехи SpaceX и Blue Origin — прямое следствие эффективности государства, верен, но из него сделан неверный вывод.
.
Государство как заказчик и инвестор: Успех американских частных компаний стал возможен не вопреки, а благодаря чёткой и финансово ёмкой политике государства. NASA выступило в роли гарантированного «якорного заказчика», предоставившего многомиллиардные контракты на разработку и доставку грузов/экипажей на МКС, что сняло с компаний колоссальные коммерческие риски.
.
Разные модели: В США сложилась модель «государство как умный заказчик у частных подрядчиков». В России исторически сложилась модель государства как единого оператора и производителя. В условиях санкций, ограниченного рынка и необходимости обеспечения национальной безопасности вторая модель демонстрирует устойчивость, хотя и проигрывает в коммерческой эффективности. Вопрос не в «плохих» целях государства, а в адекватности инструментов для их достижения в изменившихся мировых условиях.
.
Таким образом, ваш очередной комментарий страдает от смешения категорий (сравнивает разное), игнорирования контекста (исторического, экономического, технологического) и подмены системного анализа единичными примерами.
Реальная дискуссия должна вестись не о том, «хороша» или «плоха» «Ангара» по меркам Falcon, а о том, насколько выбранные технические и организационные решения адекватны поставленным перед российской космической программой стратегическим задачам в условиях жёстких финансовых и внешнеполитических ограничений.

Возможно, но у них хотя бы есть выбор между SLS и тем, чтобы отдать всё на откуп Маску и SpaceX, создав монополию и подчинив всё коммерческой выгоде, «эффективной эффективности» и «успешному успеху». Ну и остатками с барского стола делиться с Blue Origin.

Вы тоже в чём-то упрощаете и утрируете.
Роскосмос не «копирует» устаревшую схему NASA. Он демонстрирует её закономерную эволюцию в условиях, когда исчезли и внешняя угроза (гонка), и изобилие ресурсов, но сохранилась вся бюрократическая надстройка, созданная для этой гонки. «Ангара» — НЕ плохая ракета. Это идеальный продукт своей среды: система, оптимизированная для собственного выживания, а не для завоевания космоса. SpaceX выигрывает не только многоразовостью, а тем, что её структура — это инструмент для цели. Структура же, породившая «Ангару», сама и является целью. В этом вся разница.

С вашей стороны очередное умышленное упрощение, игнорирование объективных причин и исторического контекста.
.
Тезис об «умышленной» трате и отказе от реформ.
Это утверждение игнорирует объективный контекст. Российская космическая отрасль — не «чистый лист», а наследница советской гигантской, географически разбросанной кооперации. Её моментальный демонтаж в 1990-е привёл бы к полному коллапсу, а не к «реформам». Решение сохранять инфраструктуру и кадры было не «искусственным», а вынужденно-стратегическим в условиях экономического обвала. Позже, с введением санкций, возможность для быстрой структурной перестройки по западным лекалам была окончательно заблокирована. Вопрос стоял не между «плохой» и «хорошей» структурой, а между существующей, но дорогой отраслью и её полным исчезновением.
.
Тезис о сохранённой неэффективности.
Сравнение затрат и сроков с компанией вроде SpaceX методологически некорректно. Вы сравниваете государственную корпорацию с мандатом на технологический суверенитет, содержание инфраструктуры и выполнение геополитических задач с частной компанией, сфокусированной на коммерческой прибыли. KPI (ключевые показатели) у них принципиально разные. Для «Ангары» ключевым KPI было создание тяжёлой ракеты на отечественной компонентной базе для пусков с российской территории — и эта задача, при всех издержках, выполнена. Для SpaceX KPI — минимизация стоимости килограмма на орбите. Это не сравнение эффективности «менеджмента», а сравнение двух разных логик существования: государственно-стратегической и рыночно-коммерческой.
.
Ваша ирония насчёт «эффективного менеджмента».
Эта ирония основана на наивном представлении, что управление — это действие в вакууме без ограничений. Реальный «менеджмент» в условиях наследия СССР, санкций, бюджетных дефицитов и необходимости импортозамещения заключался не в построении идеальной модели, а в достижении минимально приемлемого результата (ракета летает) при максимальном количестве системных ограничений. Трагедия «Ангары» не в отсутствии менеджмента, а в том, что её стратегический успех (создание ракеты) стал синонимом управленческого и экономического провала (чудовищные издержки и сроки). Это не «неэффективный менеджмент» — это административный героизм в системе, где сама система является главным тормозом.
.
Ваш комментарий — это редукционистский взгляд, который, справедливо указывая на вопиющие недостатки, полностью игнорирует их причины, сводя всё к злому умыслу или глупости. Проблема «Ангары» — не в «плохих менеджерах», а в системной ловушке, где для сохранения будущей способности действовать независимо пришлось заплатить астрономическую цену консервацией прошлого. Критиковать издержки необходимо, но делать это, не понимая глубины институциональной ямы, из которой пытается выбраться отрасль, — значит заниматься не анализом, а спекуляцией.

Какая глубина исторического анализа! Прямо душу растрогали. Позвольте вручить вам виртуальную кафедру в университете всепропальщиков и цинизма и прояснить ваши блестящие умозаключения.
.
«Стащили у англичан, вывезли из Германии». О, да! Вы открыли тайный закон технологического развития: все великие державы строго соблюдали авторское право. Американцы бережно лицензировали каждый винтик у Роллс-Ройса, японцы свято чтили патенты «всё включено», а Китай… ой, простите, он просто ничего не производит, он волшебник. Советские инженеры, получив в 1946 году трофейные образцы, не разработали на их основе целые школы двигателе- и турбостроения, а 70 лет тупо копировали один «Юнкерс». Логично. Гениальное озарение.
.
«Разрабатывают столько же лет, а результатов нет». Это потрясающее наблюдение! Вы же понимаете, что «разрабатывать» и «иметь неограниченный доступ к глобальным рынкам, комплектующим, финансам и кооперации» — это одно и то же? RR, GE и Siemens 50 лет продавали свои турбины на весь мир, окупая НИОКР и отстраивая цепочки. Российское турбостроение последние 30 лет существовало в режиме перманентного выживания, а последние 10 — в условиях технологической блокады. Сравнивать их «опыт» — это как сравнивать опыт повара мишленовского ресторана и повара осажденной крепости, которому только что перекрыли воду и сказали: «Ну что, шеф, покажи свой фирменный соус!». А он его показывает. Вот этот ГТД-110М — тот самый соус, сваренный из подручных средств.
.
«Китайцы свернули сотрудничество». И правильно сделали! Как только они всему научились, они стали делать сами. Это и называется суверенное развитие. Странно, что вы приводите это как аргумент против… суверенного развития России. Или логика — это тоже «украденная технология»?
.
«Производитель для 1.5% мировой экономики — провал». Блестящая экономическая теория! Значит, Швеция (SAAB, Scania), Швейцария (ABB), Южная Корея (в начале пути) должны были сразу закрыть всё своё «нерентабельное» машиностроение, потому что их внутренний рынок мал? А Финляндия (Wärtsilä) зря двигатели делает? Вы путаете рентабельность отдельного завода и стратегическую жизненную необходимость. Энергетика — это не про рентабельность, это про безопасность. Когда у вас отключают газовую турбину на ТЭЦ зимой, вы идете не к бухгалтеру за отчетом о рентабельности, а к инженеру, который должен её ПОЧИНИТЬ. А для этого нужны запчасти, технологии и кадры. Которые есть только у того, кто это производит.
.
«Культ производства, деньги кончились, опыт СССР». Вот это кульминация! Вы ставите знак равенства между плановой экономикой, производившей утюги для галочки, и вынужденным созданием критической, высокотехнологичной импортозамещающей продукции в условиях войны. Это даже не смешно. Это просто идеологический трюк. Деньги «кончаются» на всё. Вопрос приоритетов. Деньги на турбину, которая дает свет и тепло миллионам и не позволяет энергосистеме встать на колени, — это не «расходы». Это инвестиции в существование государства. СССР рухнул не из-за турбин, а из-за системного кризиса. А современная Россия, вопреки вашим апокалиптическим прогнозам, эти турбины как раз и создает, чтобы не повторить тот самый крах, вызванный в том числе и зависимостью.
.
Так что ваш комментарий — это прекрасный памятник пораженчеству, приправленный подменой понятий. Вы предлагаете стране, находящейся в жестком противостоянии, разоружиться технологически во имя абстрактной «рентабельности». История, которую вы так любите цитировать, показывает обратное: те, кто в критический момент смог наладить своё, пусть дорогое и неидеальное, производство — выжили. А те, кто рассчитывал только на рынок и «оптимальные цепочки», — очень часто оставались у разбитого корыта. Вот это и есть самый главный урок.

Ваш очередной комментарий — образец блестящего анализа с дивана. Прямо видно, что вы глубоко в теме. Позвольте прослезиться от умиления и кое-что прояснить.
.
«Не от хорошей жизни». Абсолютная правда. Ждали, что Санкционный Комитет по развитию российского машиностроения лично приедет и подарит на праздник пять турбин SGT5-8000H. Не дождались. Пришлось включать головы и станки, что, конечно, дикость и признак тотальной отсталости. Настоящие страны ничего не производят, они только покупают. Да-да.
.
«Сверхдорогие, малоресурсные, экологически вредные». Вы как будто техзадание читали! Да, первая отечественная установка такого класса в условиях тотального импортозамещения и санкционного давления оказалась дороже зарубежного серийного образца. Это шокирующая новость, такого никогда ни с кем не случалось. По ресурсу (25 000 часов до капремонта) она, конечно, «малоресурсная» — ровно как среднестатистическая турбина F-класса того же Siemens. А по выбросам NOx она, да, отстает от самых современных моделей. Видимо, все станции с турбинами 90-х, которые до сих пор трудятся по миру (иногда и в ЕС!!!), уже закрыли за «экологическую вредность»? Или к ним другие мерки?
.
«Расходы покроют налогами и печатанием денег». Браво! Вы раскрыли многовековой секрет мировой энергетики: капиталоемкие инфраструктурные проекты финансируются. Просто в других странах деньги на ветер берут, а печатные станки стоят. Только у нас.
.
«Круто было бы, если бы могли конкурировать… Но они далеко». Вот это — главное. Критерий «конкуренции с Siemens» в условиях, когда эти компании поставляют нам разве что сувенирные календари, — это шедевр. Её ключевая задача — не проиграть в конкурсе на полке магазина, а гарантировать работу электростанций здесь и сейчас. Она не должна быть дешевле или лучше — она должна быть. И она уже работает, замещая то, что больше купить нельзя. Это и есть высшая форма конкуренции в текущих реалиях — конкуренция с пустотой и остановкой.
.
Так что ваш сарказм я оценил. Но лишь как горькую проекцию той самой «не очень хорошей жизни», в которой способность сделать сложную вещь своими руками вопреки всему — это не повод для радости, а, видимо, повод для нытья. Очень показательно.

Очередная ваша попытка ввести в заблуждение или, проще говоря, давать недостоверную информацию, полуправду, или, говоря по-простому, набросить на вентилятор.
.
ГТД-110М — это полноценная серийная турбина, которая по ключевым эксплуатационным показателям напрямую конкурирует с современными установками.
.
По ресурсу её параметры (25 000 часов до капитального ремонта и 100 000 часов назначенного ресурса) полностью соответствуют классу современных тяжелых промышленных турбин, таких как Siemens SGT5-4000F или Alstom (GE) GT26. Утверждение, что её ресурс соответствует 35-летней давности, ошибочно — как раз турбины того поколения (например, Siemens V94.2) имели сопоставимые или меньшие межремонтные интервалы.
.
По экологическим показателям ситуация иная. Заявленный уровень выбросов NOx ≤50 мг/нм³ действительно соответствует лучшим образцам конца 1990-х — начала 2000-х годов. Современные аналоги от Siemens (SGT5-4000F) и Alstom (GT26) с усовершенствованными системами сгорания обеспечивают выбросы на уровне 25-30 мг/нм³ и ниже, что является объективным технологическим отставанием, требующим дальнейших НИОКР.
.
Ваши заявления о «техдолге» и невыполнении плана несостоятельны. Турбина прошла полный цикл испытаний, сертифицирована и уже работает на энергообъекте. Это доказывает, что базовый проект реализован успешно. Её создание — это критически важный шаг для технологического суверенитета, обеспечивающий энергобезопасность. Следующей закономерной задачей является разработка модификации с низкоэмиссионной камерой сгорания, чтобы устранить единственное существенное отставание от современных зарубежных аналогов.

Ракета делается. Просто не так быстро, как хочется ноунеймам из комментариев в сети.

Стоимость и сами программы «Ангары» и Falcon 9 сравнивать напрямую некорректно.
.
Главная причина — изначально противоположные цели и принципы.
.
1. Коммерческая эффективность vs. сохранение промышленности
.
Falcon 9 / SpaceX: Главная цель — минимизация конечной стоимости запуска для завоевания рынка. Все решения (производство в одном месте, унификация) подчинены экономике.
.
«Ангара»: Проект создавался в рамках государственной программы с дополнительной задачей сохранить кооперацию предприятий и рабочие места в разных городах (Москва, Омск, Химки и др.). Это повысило сложность и стоимость логистики.
.
2. Производственная философия
.
Falcon 9: Вертикальная интеграция и простота. Почти все компоненты, включая двигатели Merlin, производятся на одном заводе в Хоторне. Используется один тип двигателя для всех ступеней (с разными соплами), что упрощает производство.
.
«Ангара А5»: Сложная кооперация. Производство разбросано по четырем городам. Используется три разных типа двигателей от разных производителей, что усложняет сборку и логистику.
.
3. Конструкция и операционная эффективность
Falcon 9: Моноблочная двухступенчатая конструкция с 10 двигателями. Легче по сухой массе (~30 т), что повышает эффективность. Многоразовость первой ступени радикально снижает себестоимость запусков.
.
«Ангара А5»: Пакетная схема из четырех ступеней с 7 двигателями. Тяжелее (сухая масса ~43.7 т). Одноразовая. Больше элементов требует больше времени на сборку и обслуживание перед пуском.
.
Сравнивать общие суммы затрат на «Ангару» и Falcon 9 — не совсем корректно. «Ангара» — продукт государственной индустриальной политики, где стоимость вторична по отношению к технологической независимости и социальным задачам.
Falcon 9 — коммерческий продукт, с нуля создававшийся для минимизации цены за килограмм полезной нагрузки на орбите. Именно эта философия позволила SpaceX радикально снизить стоимость запусков и изменить рынок.
.
Как итог, можно отметить: программа «Ангара» главной целью преследовала сохранение космической отрасли России и преодоление разрухи и хаоса 90-х и 2000-х. Отсюда растянутый по времени процесс, длящийся с 1993 года, и нестабильное финансирование.
У программы Falcon 9, нацеленной на коммерческую эффективность, строго поэтапное планирование и стабильное финансирование, не растянутое по времени.
.
Ваш вывод о том, что «не умеют работать», также не подтверждается. «Проворовались» — это аналогичная инсинуация в данном контексте. При этом никто не отменяет фактов коррупции.

Вы слишком старательно играете роль Капитана Очевидность. Так и надорваться недолго.

Нет, не является. Сдвиг вправо — величина не постоянная. Также не является пруфом ваша инсинуация об «освоении» денег. Утверждение, что деньги тратятся не на дело, также не является пруфом.