10 самых амбициозных триллеров всех времен: по версии Collider

Кинопоиск: 5.4

После терактов в Техасе и ядерного удара по Хьюстону Америка балансирует между военным положением и эскапизмом массовой культуры. Параноидальный сценарий разворачивается через пересекающиеся линии актёра с амнезией, порнозвезды, полицейского и владельца ночного клуба.

Ричард Келли сознательно пошёл против ожиданий, сформированных его дебютным «Донни Дарко». Громоздкая, перенасыщённая символами конструкция рушится на глазах — но в этом хаосе угадывается сатира на милленаризм и медийную истерию нулевых. Фильм интересен именно степенью отказа идти на компромисс со студией и публикой.

Кинопоиск: 6.9

Актриса Никки Грейс получает роль в голливудском ремейке незавершённого польского фильма, который, по слухам, был проклят. Постепенно границы между Никки, её героиней и женщиной из оригинальной версии исчезают, а Лос-Анджелес превращается в лабиринт без выхода.

Дэвид Линч впервые полностью отказался от аналоговой плёнки, сняв фильм на цифровую камеру низкого разрешения. Эффект любительского видео усиливает ощущение подглядывания за чужим подсознанием. Это кино о самом процессе творчества как акте уязвимости — без гарантии, что кто-то поймёт замысел. Линч не столько рассказывает историю, сколько транслирует состояние.

Кинопоиск: 7.0

Бывший участник радикальной революционной ячейки Боб Фергюсон оставил прошлое ради семьи. Когда его давний враг, полковник Локджо, нападает на школу дочери, Бобу приходится вновь собрать старых соратников и вступить в противостояние, исход которого предопределён личными счетами.

Пол Томас Андерсон экранизирует прозу Томаса Пинчона, что само по себе предполагает отказ от линейного голливудского нарратива. Фильм не держится на неожиданных поворотах сюжета, а на выразительности движений, крупных планах Леонардо Ди Каприо и практически осязаемом ощущении тревоги. Режиссёр настаивает на том, что боевик может быть авторским высказыванием, а не товаром.

Кинопоиск: 7.1

История одной ночи, рассказанная в обратном хронологическом порядке: от расправы в клубе до беззаботного утра в парижской квартире. В центре — поиски виновного в нападении на девушку главного героя.

Гаспар Ноэ использовал обратный монтаж не как декоративный приём, а как этический механизм. Зритель лишается возможности спрятаться за катарсис возмездия, потому что узнаёт причины лишь после того, как увидел последствия. Музыка, использующая инфразвуковые частоты, вызывает физический дискомфорт. Ноэ стремился сделать просмотр фильма телесным переживанием.

Кинопоиск: 7.3

Семья приезжает в загородный дом. Двое молодых людей в белых перчатках под предлогом одолжить яйца проникают внутрь и без объяснения причин начинают психологическую пытку, превращая жизнь заложников в бесконечную партию с непредсказуемыми правилами.

Михаэль Ханеке не просто показывает насилие — он исследует зрительский аппетит к нему. Пол, главный антагонист, подмигивает в камеру, обсуждает коэффициенты умственного развития и с помощью пульта перематывает сцену, которая могла бы дать жертве шанс. Это не садизм, а холодная аутопсия жанра, где единственная амбиция — лишить аудиторию комфорта.

Кинопоиск: 7.3

Группа спецагентов после теракта в Кремле остаётся без связи с правительством. Теперь они действуют вне протокола, пытаясь предотвратить ядерную войну, а единственная подсказка ведёт в дубайский небоскрёб.

Брэд Бёрд, пришедший в большое кино из анимации, перенёс в экшн законы мультипликационного гэга: каждая деталь окружения работает на аттракцион. Сцена восхождения по стеклу Бурдж-Халифы снималась с реальным перепадом высот — никакой хромакей не передал бы напряжение. Серия сделала ставку на физическую достоверность в эпоху, когда студии уже вовсю полагались на цифровые дублёры.

Кинопоиск: 7.7

Лос-Анджелес, 2019 год. Полицейский Рик получает задание ликвидировать четверых репликантов — биороботов, внешне неотличимых от человека, — вышедших из-под контроля.

Ридли Скотт создал город, где дождь идёт даже в помещениях, а рекламные дирижабли вещают о рае за пределами Земли. Фильм превратил нуарный детектив в размышление о том, что делает человека человеком — и что делать, если тест на эмпатию не даёт ответа. Провалившись в прокате, картина именно своим коммерческим поражением доказала, что научная фантастика может быть элегией, а не только зрелищем.

Кинопоиск: 7.9

Окружной прокурор Нового Орлеана Джим Гаррисон спустя три года после убийства президента переоткрывает дело и обнаруживает, что отчёт комиссии Уоррена содержит системные противоречия. Встреча с таинственным «мистером Икс» убеждает его: за покушением стоял заговор с участием высших эшелонов власти.

Оливер Стоун построил трёхчасовое расследование как монтажную симфонию, где документальные кадры, реконструкции и плёночные флешбеки монтируются с пулемётной скоростью. Это кино не столько доказывает теорию заговора, сколько демонстрирует невозможность единой официальной версии. Убедительность достигается не фактами, а ритмом.

Кинопоиск: 7.9

В вымышленном Бэйсин-Сити царит хаос: полиция коррумпирована до основания, а целый район захвачен жрицами любви. Три истории: мужчина ищет убийцу подруги, фотограф охотится на каннибала, а полицейский перед смертью пытается спасти девочку от сына маньяка.

Роберт Родригес и Фрэнк Миллер перенесли на экран графику комикса буквально, без попыток адаптировать её к реалистичной киноэстетике. Чёрно-белая гамма с редкими цветовыми акцентами стала манерой письма, а не спецэффектом. Фильм доказал, что экранизация может сохранять пульсацию исходного материала, не жертвуя кинематографической цельностью.

Кинопоиск: 8.1

История физика Роберта Оппенгеймера: от студенческих лет в Европе до руководства «Манхэттенским проектом» и послевоенного слушания о лишении допуска к секретным работам. В центре — парадокс человека, подарившего миру оружие, способное его уничтожить, и всю оставшуюся жизнь пытавшегося замедлить гонку вооружений.

Кристофер Нолан экранизировал не биографию, а процедуру: две трети хронометража занимают заседания и допросы, снятые крупными планами лиц. Ни одного кадра компьютерной графики, воспроизводящего атомный взрыв, — только химия, оптика и напряжение в комнате. Триллер здесь возникает не из погонь, а из столкновения этических систем. Обращение к первоисточнику и отказ от зрелищности ради интеллектуального напряжения — редкая амбиция для современного студийного кино.