«Финансовая война» — это просто громкая фраза, к войне без прилагательных она имеет примерно такок же отношение, как «солнечный зайчик» к обычному. «У себя на даче я веду войну с сорняками, не на жизнь, а на смерть», тоже вот война, ага. И по итогам сорняки все умерли… Это военное преступление? :)
«Прокси-война» это громко звучащий, но крайне расплывчатый термин. Это и участие военных сил в конфликте под флагом другой страны, и все та же военная поддержка, и просто разборки местных царьков, у которых одна сторона вооружён M16, а вторая автоматами Калашникова. Это все довольно печальные события, но настоящая война гораздо страшнее.
Политики и журналисты любят громкие слова: «война с террором», «война с наркотиками», «за все хорошее против всего плохого», это позволяет им выглядеть важнее, чем они есть на самом деле. Ну и далее по цепочке — это не «мы провтыкали дефолтовый пароль поменять и первый же мамкин кулхацкер удолил базу», это" против нас ведётся кибер-война! одинодин"
Проблема в том, что из-за этого происходит инфляция терминов, и люди начинают забывать, что война — это страшно. Другой пример того же явления — сейчас чуть ли не каждое убийство мирных жителей называют «геноцид».
Вот ровно все то же самое украинские политики говорили про Россию. И вконтакт с Яндексом они тогда зобанили, потому что украинские солдаты писали вконтакте, куда их перебрасывает и смотрели дорогу на Яндекс.Картах.
Поддержка оружием, информацией, деньгами, наемниками — это не ведение войны. Это как ленд-лиз и второй фронт.
Как раз количество машин крайне важно. Если в стране всего десять машин, то даже если каждая взрывается через три секунды после старта, ДТП будет не больше десяти. А если в стране сто миллионов машин, то сотня ДТП озна, что в него попадает одна машина из миллиона.
Помниццо мне, что СССР начал заливать по поводу исследования космоса автоматами после того, как проиграл в Лунной гонке за запуск человека (луноходы по первоначальном планы должны были возить по Луне космонавтов и грузы).
«Прокси-война» это громко звучащий, но крайне расплывчатый термин. Это и участие военных сил в конфликте под флагом другой страны, и все та же военная поддержка, и просто разборки местных царьков, у которых одна сторона вооружён M16, а вторая автоматами Калашникова. Это все довольно печальные события, но настоящая война гораздо страшнее.
Политики и журналисты любят громкие слова: «война с террором», «война с наркотиками», «за все хорошее против всего плохого», это позволяет им выглядеть важнее, чем они есть на самом деле. Ну и далее по цепочке — это не «мы провтыкали дефолтовый пароль поменять и первый же мамкин кулхацкер удолил базу», это" против нас ведётся кибер-война! одинодин"
Проблема в том, что из-за этого происходит инфляция терминов, и люди начинают забывать, что война — это страшно. Другой пример того же явления — сейчас чуть ли не каждое убийство мирных жителей называют «геноцид».
Поддержка оружием, информацией, деньгами, наемниками — это не ведение войны. Это как ленд-лиз и второй фронт.