«Рокки IV» — 40 лет! Каким Ивана Драго видел Сталлоне, и как этого героя изменил Лундгрен

В 2025 году 40 лет исполняется одному из самых ярких фильмов 1980-х и наверное самому успешному квадриквелу в истории кино — боксерской драме «Рокки IV» Сильвестра Сталлоне. Безусловно, три предыдущие картины этой франшизы тоже были очень неплохи, но четвертая часть наконец-то покорила зрителей не только впечатляющими героями, которым хочется сопереживать, но и оригинальным злодеем. Советская машина для убийств по имени Иван Драго — образ, оставшийся в мировом кинематографе навечно! Но, как это часто бывает, изначально антагонист Рокки Бальбоа в четвертом фильме должен был выглядеть совсем иначе. Как? Давайте разбираться.

Полагаю, что даже самые преданные поклонники творчества Сильвестра Сталлоне сегодня, в силу возраста или по другим причинам, не слишком пристально следят за тем, что делает это актер, режиссер и продюсер. Что уж говорить о рядовых зрителях. А Слай, между тем, еще в 2021 году выпустил режиссерскую версию «Рокки IV», получившую подзаголовок «Рокки против Драго». В новую версию добавлено 40 минут материала, в 1985 году в фильм не вошедшего, и наоборот — от каких-то сцен и даже целых сюжетных линий Сталлоне избавился. Получилось кино, сосредоточенное исключительно на противостоянии американского и советского боксеров, хотя шедевром обновленный вариант не выглядит.

Но важно здесь другое. В поддержку режиссерской версии «Рокки IV» вышел документальный фильм о создании картины, из которого можно почерпнуть много интересного. Меня, например, впечатлила история о том, каким в изначальной концепции сценария планировалось показать Ивана Драго — это же интересно, как враги (или «недружественные государства», как их принято сейчас называть) тебя показывают в своих масс-медиа. Что выделяю, на чем предпочитают делать акценты, чего боятся и какими видят возможные контакты. Пример трансформации Ивана Драго в «Рокки» — отличная история, показывающая, какими на пике Холодной войны американцы видели русских.

Итак, вот что рассказывает о первоначальной задумке сам Сталлоне: «В первых набросках сценария Драго был показан этаким появившимся из вечной мерзлоты неандертальцем — гигантским, примитивным, но ужасающим своими размерами и силой. Я хотел показать животную мощь и противопоставить ее человеческим чувствам и эмоциям», — поделился актер и режиссер. Именно такой типаж и нужно было отыскать кастинг-директорам и агентам, однако все изменилось, когда приятель Слая Джон Херцвельд познакомил его с Дольфом Лундгреном. Знаковая встреча так восхитила Сталлоне, что он отменил все поиски актера на роль Драго и уселся переписывать сценарий.

Внешний облик, а главное — ум шведского самородка поразили американца. Полагаю, вам известно, что Лундгрен в реальности отлично образован, имеет степень магистра в области химического машиностроения и является стипендиатом отдельной программы грантов знаменитого Массачусетского технологического института. В голове Сталлоне моментально все перевернулось — из дикого животного Иван Драго превратился в продукт долгой селекции, в будущее спорта, в безупречное совершенное тело нового человека завтрашнего дня. Противопоставление Драго и Бальбоа никуда не делось, но поменяло полярность. Теперь уже Рокки был неуклюжим, несовершенным, не обладающим достаточной силой и техникой, а Иван получил статус машины, продукта тысяч лет эволюции, верха совершенства и царя природы во всех смыслах.

В новых черновиках сценария даже появилась неявная сюжетная линия противостояния Рокки с самой природой жизни — в новом фильме он через схватку с Драго сопротивлялся обновлению, приходу нового времени, неумолимого обновления всего и вся. Сталлоне отказался от мысли сделать русского боксера молчаливым зверем, как соавтор сценария он написал для персонажа Дольфа Лундгрена несколько сцен с яркими диалогами и пронзительные монологи, которые должны были прозвучать в ключевые моменты фильма. Но… Но мы с вами ничего этого не увидели. Почему? Как признает сейчас сам Сильвестр, ему просто не хватило режиссерского мастерства, редакторского умения и чутья продюсера, чтобы сбалансировать картину. На монтаже все равно все свелось к тому, что Драго разносит противников, говорит парой рубленых фраз и в финале просто оттеняет величие Рокки.

Режиссерская версия «Рокки IV» не слишком сильно вмешивается в привычный облик Ивана Драго, но кое-что в нем все-таки меняет. А именно, некоторыми сценами, репликами и деталями Сталлоне заставляет зрителей «Рокки против Драго» усомниться в том, что русский боксер — однозначный злодей. Зрительская ненависть к Драго возникает по понятным причинам — пусть в честном поединке на ринге, но Иван все-таки убивает Аполло Крида. Как тут в ярости не сжать кулаки? Однако путем перемонтажа в новой версии Сталлоне восстанавливает важный аспект своей задумки, не реализованной в оригинальной картине — он показывает, что Драго был жертвой советского правительства и марионеткой в руках тренеров. Коктейль из стероидов, тренировки сводящей с ума интенсивности и накачка пропагандой превратили боксера в машину, не имеющую тормозов даже в ситуации, когда перчатки стоит опустить. Это и убило Крида-старшего.

Сталлоне чуть подправил и финальный бой Драго и Бальбоа. Если прежде Иван ни на секунду не показал неуверенность в своих силах, даже когда получил травму и стал уступать напору противника, то в режиссерском варианте показано, как герой Лундгрена осознает, что не является несокрушимым орудием, против которого нет приемов. Ближе к развязке боя Драго осознает, что уступает «какому-то мелкому пиндосу», заведомо более слабому, уязвимому, медленному. Как такое могло произойти? Каким образом совершенство оказалось повержено? С этими мыслями Драго испытывает разочарование в системе, приведшей его на ринг. А может, и во всем советском строе, который оказался не лучше американского капитализма.

Интересно, кстати, и то, какой для Сталлоне виделась дальнейшая судьба Драго. Много позже выхода «Рокки IV» на экраны, уже в 2010-х Слай признался, что в его представлении поражение Ивана на американской земле привело к трагическим представлениям. «Думаю, Драго вернулся в Россию опозоренным. Его презирали, выгнали из большого спорта, загнали в унизительное положение, где он пристрастился к алкоголю, растратил силы и в итоге добровольно расстался с жизнью», — рассказывал Сталлоне. И в этом был смысл. Из реальных биографий спортсменов мы знаем немало примеров того, как быстро они сгорают, не имея побед и утратив прежнюю славу. Впрочем, как известно, в экранной жизни у Ивана все сложилось не так уж и плохо — он вернулся в кадр живой и невредимый в «Криде 2», только уже в качестве тренера своего сына Виктора…

Отдаю себе отчет в том, что российскому зрителю ни при каких обстоятельствах не понравится то, как русских показывают в Голливуде. Будь это отважный астронавт с золотыми руками, как в «Армагеддоне», неумолимый борец с преступностью, как милиционер из «Красной жары», или умный и находчивый навигатор, способный считать быстрее компьютеров, из «Звездного пути» — нам всегда будет казаться, что американцы снимают развесистую клюкву. Надеюсь, мой рассказ убедил вас в том, что иногда к созданию персонажа с русским именем в Голливуде подходят с умом, душой и сердцем. Это не означает, что мы все срочно должны полюбить западные фильмы, просто к «Рокки IV» с обновленными знаниями можно относиться еще лучше. Ну, или просто пересмотреть — с гундосым переводом, как в старые добрые.

Непременно делитесь в комментариях своими впечатлениями от первого просмотра четвертого «Рокки». Впечатлил ли вас тогда Драго? Испытывали ли вы за русского персонажа гордость или, наоборот, «испанский стыд»? Как вам вообще Дольф Лундгрен и Сильвестр Сталлоне? Мне интересны любые реакции. А пока вы собираетесь с мыслями, я уже пишу следующий текст, который вам тоже наверняка понравится. Если вы любите не только смотреть фильмы и сериалы, но и читать о них, заглядывайте на этот канал регулярно — у нас бывает интересно. Смотрите, читайте, не болейте, берегите себя и близких, и увидимся в кино!