Смерть легче перышка. Обзор романа Роберта Джордана и Брендона Сандерсона «Память Света»

Последний том эпичнейшей саги получился таким же громоздким, как и заголовок моего обзора. Кроме шуток, чтобы завершить все сюжетные линии сериала, насчитывающего 13 книг (не считая финальной) придётся попотеть, даже если ты именитый фантаст. Брендону Сандерсону досталась непростая задача: достойно завершить цикл Роберта Джордана, который автор так и не успел дописать. Джордан умер от редкого заболевания крови и его коллега по цеху принял эстафетную палочку и начал работу над финалом, опираясь на черновики и заметки, оставшиеся после смерти писателя. Попробуем разобраться какой получилась развязка.

Последняя битва начинается

Читая финальный том поневоле проникаешься пафосом последней битвы (одноименная глава занимает по меньшей мере 200 страниц текста): очень много передвижений войск, неожиданных маневров, хитроумных планов и одиночных дуэлей на мечах (куда же без них). Рояли в кустах тоже присутствуют, но до поры до времени лишь робко поблескивают лакированными корпусами (они ещё заявят о себе в финальных главах). Ситуация накалилась настолько, что нам перестали описывать бесконечные платья (чувствуется, ох как чувствуется, что за дело взялся другой автор), то как Айз Седай нервно дёргают себя за волосы и прочие не несущие смысловой нагрузки детали. Зато появились однообразные описания битв с бесконечно прущими изо всех щелей троллоками и ничего не значащие эпизоды с участием не второстепенных даже, а третьестепенных героев.

Примерно со второй половины романа появилось ощущение, что Сандерсон таки выполнил норму по количеству символов, а значит можно переходить к мало мальски значимым событиям. Стиль повествования резко меняется и перед нами уже как будто не героическое фэнтези, а достаточно суровый гримдарк (от некоторых сцен натурально стынет кровь в жилах). Казавшиеся непобедимыми до поры до времени герои теряют литры крови, конечности и даже жизни.

Отрекшиеся во всей красе

На протяжении всего цикла смущало то, как прописаны главные злодеи. Представьте себе толпу непонятных, но очень могущественных людей, которые в каждом томе встречаются в каком-то зловещем месте, чтобы обсудить свои злодейские планы. Малопонятна их мотивация, ещё меньше понимаешь почему они грызутся все время между собой и с трудом отличаешь их друг от друга.

Больше всего эфирного времени досталось талантливому полководцу сил Тьмы Демандреду. Практически неуязвимый мастер меча с выдающимися магическими способностями — этот персонаж создал немало проблем товарищам Дракона Возрожденного. Можно без преувеличения сказать, что последняя часть Колеса Времени — это бенефис Демандреда.

Ланфир — наиболее запоминающаяся из злодеев, не в последнюю очередь из-за двойственности своей натуры. До самого финала не было понятно чью сторону она выберет. Портить удовольствие вам не буду, скажу только что её сюжетная линия завершилась довольно таки эффектно.

Что касается Грендаль, то это образ разгромленной, презираемой и врагами и союзниками женщины. Что не делает её менее опасной, ведь некоторые из её планов стали неприятным сюрпризом, как для героев книги, так и для читателей. Опять таки, не буду портить вам удовольствие спойлерами.

Каждой твари по паре

На тему концовки не шутил только ленивый. Действительно, есть ощущение, что смотришь передачу давай поженимся: все дожившие до финалы парочки узаконили свои отношения. Если для кого-то будет жёстким спойлером, что в героическом фэнтези добро победило — приношу свои извинения. На самом деле, очень странное чувство возникает, когда наконец дочитываешь такой долгий цикл. За 14 томов персонажи действительно становятся родными и прощаться с ними очень волнительно.

Несмотря на все жертвы и ужасы, финал получился по-настоящему трогательным. Не ждите каких-то невероятных откровений, ведь философия у этой истории простая: добро и зло — неотъемлимые части жизни и одно без другого существовать не может. На смену любым тёмным временам неизбежно приходит светлая полоса и это — самая главная мораль большинства таких вот простых на первый взгляд историй.