Вулканы, викинги и конец света: хроники не самых лучших новогодних праздников в истории человечества

Абсолютный рекорд по «испорченным праздникам» принадлежит событию, случившемуся 73,5 тысячи лет назад. Извержение супервулкана Тоба на острове Суматра едва не поставило точку в истории Homo Sapiens. Это было не просто локальное бедствие, а глобальный климатический коллапс. Выброс пепла спровоцировал «вулканическую зиму», затянувшуюся на несколько лет.

Археологические находки в Индии (местечко Явалапурам) рисуют мрачную картину: стоянки древних людей покрыты слоем пепла толщиной до четырех метров. Для населения того времени смена сезонов превратилась в бесконечную ночь с резким похолоданием и исчезновением кормовой базы. Те, кто выжил, прошли через жесточайшее «бутылочное горлышко» эволюции.

Примерно 30 тысяч лет назад похожая участь, но уже в растянутом формате, постигла неандертальцев. Их вымирание совпало с климатическим минимумом. Каждое зимнее солнцестояние становилось для них все мрачнее: с юга наступали более технологически развитые кроманьонцы, вытесняя коренных жителей Европы в сухие степи и голые скалы.

Когда человечество научилось справляться с холодом, оно придумало политику. В Древнем Риме 1 января часто становилось датой не начала новой жизни, а кровавого финала старой. Римляне любили приурочивать заговоры к праздничным датам, используя всеобщий хаос и расслабленность охраны.

Яркий пример — 69 год нашей эры. Пока граждане готовились отмечать январские календы, германские легионы подняли восстание против императора Гальбы. Праздник закончился трагически быстро: солдаты убили императора, а его голову пронесли по улицам на копье. Спустя столетие, 31 декабря 192 года, похожая участь постигла императора Коммода (того самого, что любил гладиаторские бои). Он был задушен собственным тренером-атлетом накануне праздника. Следующий, 193 год, вошел в историю как «Год пяти императоров» — власть менялась с калейдоскопической быстротой.

Физическая угроза не сравнится с психологическим террором. Самый напряженный Новый год в истории России должен был наступить в 1492 году. По действовавшему тогда летоисчислению это был 7000 год от Сотворения мира. Согласно популярным апокрифам, история человечества была рассчитана ровно на семь тысяч лет.

Это был системный кризис мировосприятия. Пасхалии (таблицы для расчета церковных праздников) были расписаны только до 7000 года. Дальше, по мнению книжников, была пустота и Страшный суд. Масла в огонь подливали внешние события: падение Константинополя в 1453 году воспринималось как вскрытие печатей Апокалипсиса. Люди массово жертвовали имущество монастырям, не надеясь пережить эту дату. Когда 1492 год прошел, а мир устоял, обществу пришлось заново учиться планировать будущее.

Для средневековой Европы источником зимнего ужаса часто становились викинги. Северяне прекрасно знали расписание церковных праздников и понимали: в Рождество монастыри полны золота, а монахи заняты молитвой, а не обороной.

Трагичным примером стало Рождество 986 года для аббатства Айона в Шотландии. Пока монахи готовились к торжественной мессе, на остров высадились норманны. Летописи сухо сообщают: «Норманны разорили Айону в сочельник. Убили аббата и 15 монахов». Древнее аббатство так и не смогло оправиться от этого удара, навсегда уступив свое влияние.

Ближе к нашему времени природа опасности снова изменилась — она стала бюрократической. Великая Французская революция подарила миру Террор. Пьер-Иньяс Жонес-Спонвиль, парижский предприниматель, на своем опыте узнал цену политических перемен.

31 декабря 1793 года к нему в дом постучали не с поздравлениями, а с ордером на арест. Его отправили в тюрьму Ла Форс, известную своими скорыми расправами. Человек, который искренне поддерживал идеи Просвещения, встретил новый 1794 год в камере, ожидая гильотины. Ему повезло выжить и выйти на свободу через 40 дней, но этот эпизод отлично иллюстрирует эпоху, когда любой праздник мог быть прерван стуком приклада в дверь.