612 падений: как в «Аполлоне-13» сняли настоящую невесомость

В 1995 году на экраны вышел «Аполлон-13», и зрители решили, что Голливуд наконец-то научился безупречно рисовать физику на компьютерах. Но реальность оказалась куда безумнее: почти четыре часа материала в невесомости сняли вживую, без спасительных тросов и зеленого фона. Ради 25-секундных дублей актерам пришлось пережить сотни пике в падающем самолете NASA. Мало кто знает, что этой авантюры вообще могло не случиться, если бы не один короткий совет Стивена Спилберга.

Режиссер Рон Ховард изначально планировал подвесить Тома Хэнкса, Кевина Бейкона и Билла Пэкстона на стальных тросах. Однако первые тесты провалились: взрослые мужчины в скафандрах выглядели не исследователями космоса, а марионетками в корсетах. Ткань натягивалась неестественно, щеки не плыли, а движения выдавали опору, которую человеческий глаз считывает моментально. Заглянувший на площадку Спилберг посмотрел на эти мучения и задал простой вопрос, перевернувший всё производство.

«А почему бы вам не арендовать у NASA тренировочный борт?» — спросил он с невозмутимым видом. Для съемочной группы идея казалась фантастикой: космическое ведомство никогда раньше не пускало киношников на свои закрытые испытания. Ховард все же подал запрос, ожидая отказа. Ответ из Хьюстона пришел на удивление быстро: военные дали добро, за которым скрывалось жесткое испытание на прочность.

«Американские горки» на высоте 10 тысяч метров

Самолетом-лабораторией оказался четырехмоторный Boeing KC-135, прозванный летчиками «Рвотной кометой». Чтобы создать невесомость, пилоты разгоняли лайнер и резко задирали нос под углом 45 градусов. На вершине дуги тягу сбрасывали, и многотонная машина устремлялась в свободное падение. В этот момент притяжение внутри грузового отсека исчезало ровно на 25 секунд, после чего начиналась расплата.

На выходе из пике на людей обрушивалась двойная перегрузка в 2G. Тела операторов и актеров наливались свинцом, вжимая их в пол с силой, плющащей диафрагму. За один полуторачасовой вылет самолет делал до 40 таких парабол подряд. Организм с трудом переносит подобные скачки гравитации, поэтому в салоне неотлучно дежурил медик со шприцами и пакетами. Но группа держалась за каждую секунду, ведь времени на дубль почти не оставалось.

Работать приходилось в бешеном ритме. За короткое окно свободного падения оператор обязан был поймать фокус, актеры — без запинки выдать эмоции, а реквизиторы — проконтролировать парящие в кадре предметы. Если кто-то сбивался на полуслове, дубль сгорал. По сигналу сирены все должны были успеть упасть на мягкие маты, иначе при возвращении тяготения можно было сломать кости о металл переборок. При этом декорации кабины еще требовалось втиснуть в узкий салон.

Бутафорский корабль внутри фюзеляжа

Интерьер «Аполлона» не помещался в самолет целиком. Художники-постановщики собрали разборные копии лунного и командного модулей прямо внутри грузового отсека KC-135. Конструкцию слегка сжали, оставив узкий лаз для техники и освещения. Главный оператор фильма парил в этой тесноте наравне со всеми, держа тяжелую камеру голыми руками. Самое поразительное: голливудские звезды перенесли эту пытку куда стойче, чем закаленный технический персонал.

Хэнкс, Бейкон и Пэкстон за две недели выполнили 612 парабол, собрав колоссальный массив реальных съемок. К удивлению инструкторов NASA, ведущие актеры ни разу не сорвали график — азарт глушил тошноту. А вот ассистентам и звуковикам повезло меньше: пакеты уходили сотнями, а часть персонала приходилось менять после каждого рейса. Впрочем, далеко не все парящие сцены в картине сняты в воздухе: режиссер пустил в ход хитрую земную механику.

Ловкость рук и детские качели

Снять абсолютно весь хронометраж в падающем самолете не позволил бы никакой бюджет. Поэтому длинные диалоги и крупные планы снимали в павильоне на твердой земле. Чтобы сымитировать невесомость, актеров сажали на механические платформы по типу детских качелей-балансиров. Артист находился на одном конце скрытой балки, а ассистент за кадром плавно покачивал другой, создавая иллюзию свободного парения.

На монтаже павильонные дубли ювелирно соединили с реальными кадрами из самолета NASA. Иллюзия сработала: стыков не заметили даже ветераны космонавтики. Командир настоящего экипажа Джим Ловелл признался, что на премьере у него перехватило дыхание от абсолютной подлинности картинки.

Сегодня ни одна студия не пойдет на такой риск, предпочитая дорисовать графику на компьютере. Но мы пересматриваем классику девяностых именно ради этого ощущения правды — когда за каждым кадром стоят перегрузки, живой пот и искренняя страсть к достоверности.