Акварели, которые помогают вернуться в Империю: в Москве снова показывают картины Великой Княгини Ольги Александровны

Есть довольно популярная точка зрения на мировую культуру, суть которой заключается в том, что все произведения искусства посвящены всего двум темам: любви и смерти. Так что главным оказывается не «что написано/нарисовано?», а «как написано/нарисовано?».

Однако сегодня тот редкий случай, когда оба этих вопроса не имеют никакого значения: потому что главное тут: «кем?» Итак, в Москве снова показывают картины сестры последнего императора России Великой Княгини Ольги Александровны.

Небольшая предыстория

При нашей жизни Ольга как художница проявляет себя так масштабно второй раз: в прошлом году Московский аукционный дом представил масштабный проект, сопровождавшийся выставкой, в рамках которого княгиня-художница впервые показалась широкой публике. Успех, надо сказать, был оглушительным, и акварели стремительно распространились по частным коллекциям.

Сегодня некоторые из них вновь воссоединились в рамках новой выставки в Музее военной формы, и… отчасти по тем же причинам вновь вызывают живой интерес коллекционеров.

Каковы же причины?

Осмелимся предположить, что их несколько. И, во-первых, нет никакого смысла отказывать Ольге в таланте. Сегодняшняя выставка, объединившая живопись и графику всех членов Императорского дома, показывает, что техникой рисования владели все без исключения. А вот настоящей художницей, похоже, была только Ольга Александровна.

И качественно, и количественно ее художественное наследие колоссально.

Вторая причина может заключаться в том, что оно, наследие это, менее всего «имперское». Одна из тенденций нашего времени, касающаяся семьи последнего императора, — если не обожествление, то «очеловечивание»… И дружелюбную близость к народу лучше всего получается проследить именно на примере Великой Княжны.

Причем, близость, по всей видимости, абсолютно искреннюю и честную. И, кстати, подтверждения тому возникают не только тогда, когда речь заходит о картинах, но и — когда о часах.

Ну и, конечно, обе эти причины вырастают в одну большую, которую проще всего описать сокращенным тезисом XIX века: «Православие, Народность». Темы и мотивы, которые мы наблюдает в живописи и графике Ольги, очень откликаются сегодняшнему дню, возвращая к мысли о единстве масс и власти, сохранении традиций и нравственных ценностей старой Руси.

Какие же это темы?

Необходимо помнить, что живопись и графика Княгини, конечно, и сами по себе вполне традиционны, или «повествовательны». Учителями Ольги были известных художники-передвижники, поэтому точность и литературность ее творчества очевидны.

Мы видим простые, родные сердцу русские пейзажи (ну или нерусские, но русские напоминающие):

Это лиричные натюрморты с горшками пышных, ухоженных цветов, как у бабушки…

Уютные завтраки, пасхальные трапезы:

Простые люди, занятые житейскими делами на фоне покосившихся часовенок, церквушек со скромным обаянием Православия:

И что же в итоге?

И в итоге невольно, оглядывая этот мир воспоминаний, понимаешь, что магия эта начинает действовать. Воспоминания эти начинаешь разделять, и мысль о том, что неплохо было бы туда вернуться, возникает…

Вернуться туда не получается. Не получилось и у Ольги Александровны, которая скончалась в изгнании, в Канаде. Однако теперь по этим буквально документальным акварелям мы уже второй год наблюдаем слегка идеализированный, но реальный мир Народности и Православия.